Терроризм в современной России: анализ кейсов и системные проблемы противодействия

Терроризмом принято называть политику, которая основана на устрашении своих политических и идеологических противников, выражающуюся прежде всего в физическом насилии, вплоть до уничтожения. Терроризм может быть как националистическим, так и религиозным; в последнее время существует риск социальных конфликтов [1, с. 5].

Проблема антитеррористической безопасности является одной из центральных проблем в практике государственных деятелей различных стран. Поиск и совершенствование мер по противодействию терроризма и экстремизма – необходимый процесс на пути развития современного правового государства.

Сегодня эта проблема играет важную роль, так как протяженность ее территории, многоэтничность, а также уровень экономического развития способствуют его проявлению.

Наибольший пик террористической и экстремистской приходится на кризисные ситуации.

Терроризм и экстремизм – реальная угроза каждой страны в нестабильное время.

Следует выделить некоторые факторы, влияющие на развитие терроризма и экстремизма:

1. Экономические, то есть, различия между классами общества, существование теневой экономики и высокого уровня безработицы в стране.
2. Политические, к таковым относятся попытки иностранных государств вмешаться во внутреннюю политику Российской Федерации, бюрократизация власти и неспособность своевременного реагирования на меняющуюся ситуацию в стране и отдельных ее субъектах.
3. Идеологические, которые заключаются в пропаганде нигилизма, ненависти и вражды, в частности, с помощью информационно-телекоммуникационной среды.
4. Социальные, то есть, расслоение общества на классы, различия доходов граждан.
5. Правовые, отвечающие за уровень правовой грамотности населения.

Марьям М. К. выделяет следующие причины и факторы развития терроризма в России в последние годы:

1. Нерешенные социально-экономические проблемы, способствующие оседлости частей населения.
2. Недостаточная интеграция мигрантов и высокий уровень безработицы среди них.
3. Инструментализация религии и проведение пропаганды экстремистских идей.
4. Низкий уровень образования и социальной защищенности в отдаленных регионах.

Влияние перечисленных факторов обуславливает существующие проблемы российского государства в области противодействия террористической и экстремистской деятельности [2, с. 55].

В российском обществе культивируется представление об успешности борьбы с терроризмом в стране в последние годы, в частности, в связи с отменой режима контртеррористической операции на Кавказе, что приравнивалось к завершению войны на Северном Кавказе. У меня есть основания полагать, что оно именно культивируется, а не формируется под воздействием действительности, так как действительность говорит об обратном: количество преступлений террористического характера растет несмотря на все военные учения, принятые законы и концепции борьбы и профилактики с терроризмом.

Само слово «терроризм» происходит от латинского «террор» – «страх», то есть уже исходя из происхождения самого слова можно понять, что одной из задач терроризма является запугивание, создание паники в обществе, шантаж власти с политическими, экономическими или иными целями.

Террористическая и экстремистская деятельность в современном мире охватывает не малую часть земного шара, населяемого человечеством. Их проявления распространяются даже в тех частях света, где, казалось бы, их вовсе и не ожидают.

Не является исключением и Россия, которая хоть и в меньших масштабах, но всё же сталкивается с агрессивными проявлениями терроризма и экстремизма. Если мы желаем установления мира и согласия на нашей земле, то активное ведение борьбы с такими проявлениями является нашей общей и основной задачей [3, с. 126].

Сегодня угроза терроризма ощущается особенно остро, и даже Россия не является исключением.

Проведем анализ конкретных случаев террористических актов, происходящих в России, и рассмотрим цели, мотивы преступников и последствия.

Так, трагедия в Беслане в 2004 году вошла в историю как одна из самых жестоких террористических атак. Тогда террористы захватили школу, взяв в заложники более тысячи человек, включая детей.

Это преступление имело политическую и идеологическую подоплеку, поскольку его целью было воздействие на власти и общество России в широком смысле. Террористы стремились придать своим действиям максимальную огласку для привлечения внимания к своим политическим требованиям и использовали захват заложников в школе, самое уязвимое население – детей, как способ воздействия на общественную психологию, вызывая страх и панику с целью достижения своих политических целей. Данная трагедия стала символом абсолютной жестокости террористов, ради достижения своих целей готовых идти на любые акты насилия [5, с. 113].

Имела место операция в Будённовске в 1995 году, где под руководством Шамиля Басаева боевики захватили больницу. Мотивация здесь выдерживалась в русле территориальных конфликтов и борьбы за независимость. Их основным требованием был вывод российских войск из Чечни и начало переговоров между российской властью и чеченским руководством. Политическая мотивация здесь очевидна: боевики пытались с помощью устрашения привлечь внимание как российской, так и мировой общественности к конфликту в Чечне. Атака в Будённовске была нацелена на вынуждение правительства к мирным переговорам и проявлению слабости власти для получения политических уступок путём захвата важного для страны объекта с физически слабыми людьми, которые не могли бы сами дать отпор и которым бы требовалась помощь. Конечно, событие широко освещалось в СМИ и вызывало массовые волнения и необходимость быстрого реагирования [6, с. 74].

Мотивация преступников не всегда очевидно, т. к. сами террористы её могут не озвучивать – примером может послужить теракт в «Крокус Сити Холле». Как и любой другой, этот теракт был нацелен прежде всего на создание атмосферы страха в обществе, а также на демонстрацию уязвимости значимых общественных пространств. Итоги допросов задержанных преступников показывали, что их мотивы могли быть как политическими (преступники двигались на авто в сторону границы с Украиной в поисках убежища), так и связанными с религиозными убеждениями (ответственность за преступление взяла на себя запрещенная в России террористическая организация ИГИЛ), поскольку исполнители могли стремиться к изменению существующего общественного порядка или продемонстрировать свои экстремистские взгляды [7, с. 35].

Отмечается рост актов терроризма в кризисные для страны времена. К числу громких терактов в России можно отнести взрывы жилых домов в Москве в 1999 году. Эти события потрясли страну своей жестокостью и стали началом нового этапа борьбы с терроризмом. Целью атак была дестабилизация внутриполитической обстановки в стране и создание ощущения угрозы для обычных граждан, дополнительная цель – подставить действующие власти, неспособные решить проблему. Террористы, к тому же, пытались имитировать, что решение о взрывах принимали сами органы власти в стране, что повысило недоверие к ним [8, с. 121].

Другим ярким и трагическим примером являются многочисленные теракты в московском метро, торговых центрах. Нападения были организованы террористами-смертниками и имели ярко выраженную политическую и религиозную мотивацию. Часто террористки при допросах оказывались подавленными женщинами, когда-то завербованными в ИГИЛ своими мужчинами и другими женщинами, обещавшими им поддержку и понимание, которым они готовы отплатить ценой собственной жизни во имя навязанной им идеи о справедливости. На деле же, таким образом террористы пытались ответить на политику государства, проводимую на Северном Кавказе, одновременно нанося удар по спокойствию в часто посещаемых местах российской столицы. Целью было не только убийство мирных граждан, но и демонстрация, что даже в сердце страны люди могут быть уязвимы перед террором.

Частный случай террористического акта – скулшутинг, то есть вооружённое нападение на образовательные учреждения, может быть отнесён к террористической деятельности в зависимости от мотивов и обстоятельств происходящего. Здесь имеют место как причина не только буллинг, изоляция, желание самоутвердиться или почувствовать контроль, это может быть также реакцией на личные травмы или страдания – так, скулшутеры зачастую стремятся выразить свой гнев на общество или конкретные его части таким радикальным образом. Кроме того, они часто становятся террористами-смертниками: для них важно не только прекратить издевательства над собой, приглушить обиду, но и добиться таким образом, на их взгляд, социальной справедливости во всем мире, даже если за это придётся поплатиться своей же жизнью.

Так, 11 мая 2021 года в казанскую гимназию № 175 с ружьём в руках вошёл её бывший выпускник 19-летний Ильназ Галявиев, который устроил массовую стрельбу. В результате нападения погибло 9 человек, из которых 7 детей и 2 сотрудника школы. Кроме того, с различными ранениями 23 человека госпитализировано. Полиции удалось задержать Галявиева.

Во время первого допроса с целью понять мотивацию преступника стрелок сказал, что 1 апреля осознал себя богом, который может сделать все что угодно и с кем угодно. Он готовился к преступлению не в состоянии аффекта – 14 апреля получил лицензию на приобретение огнестрельного гладкоствольного оружия. Через два дня отправился в Йошкар-Олу, где купил ружье. О своих намерениях он заявил открыто – написав в своем Telegram-канале, что планирует «застрелить огромное количество биомусора», после чего Галявиев отправился убивать невиновных людей – с целью получения власти над обществом, теми, кого считал по своим внутренним убеждениям недостойными жизни. Таким образом, скулшутинг может быть признан терроризмом, если его цель направлена на запугивание людей и подрыв общественного порядка [9, с. 112].

Терроризм когда-то действительно использовался как средство мести, а затем стал инструментом влияния на принятие государственных решений, он превратился в глобальную проблему с серьезными последствиями на международной арене, а также исходя из личных убеждений. Природа современного терроризма становится все более фанатичной, жестокой и безжалостной, с насильственными методами, которые никого не щадят – чем больше жертв и чем они беззащитнее, тем шире огласка требований террориста.

Орлова М. С. считает, что во всех случаях общим мотивом является желание произвести значительное воздействие, либо через запугивание и хаос, либо через привлечение внимания к определенным проблемам или идеям. Такие преступления становятся следствием не только идеологической обработки или политических манипуляций, но и личных жизненных обстоятельств, психологических состояний и общественных проблем, существующих в обществе [10, с. 27].

Профилактика терроризма оказывается более важной, чем борьба с его последствиями, так как неуничтоженные вовремя угрозы могут подорвать общественный порядок и согласие, нанося ущерб как безопасности граждан, так и стабильности государства в целом.

Вместе с тем, с сожалением приходится констатировать, что до сих пор растёт количество уголовных дел по факту совершения преступлений террористической направленности и экстремистского характера, в т. ч. преступлений, связанных с посягательством на жизнь сотрудников правоохранительных органов и военнослужащих, которые с учетом сложившейся в республике обстановки близки к преступлениям террористической направленности.

Преобладающее большинство этих преступлений было связано с участием жителей нашей республики в международной террористической организации ИГИЛ (запрещена на территории Российской Федерации), действующей на территории Сирийской Арабской Республики против правительственных сил этой страны.

Остальные уголовные дела были возбуждены по факту участия в незаконном вооруженном формировании, действующем в целях совершения преступлений, направленных на дестабилизацию обстановки в республике, а также по пяти фактам посягательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов, военнослужащих и лиц, осуществляющих правосудие, и шести фактам распространения в соцсетях материалов, направленных на разжигание национальной и конфессиональной нетерпимости.

Все эти преступления раскрыты совместными усилиями органов следствия и органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Установлены лица, причастные к их совершению, однако принятыми мерами местонахождение большинства из них не установлено. Основной причиной этому послужило нахождение их на территории другого государства.

По результатам расследования отмеченных уголовных дел три из них направлены в суд с обвинительным заключением, а преобладающая часть приостановлена производством в связи с розыском причастных к преступлениям лиц, а также прекращена в связи со смертью подозреваемых.

В целях выявления лиц из числа жителей республики, склонных к вступлению в ряды террористических организаций, в т. ч. действующих на территории иностранных государств, а также оказывающих содействие экстремистским проявлениям и террористической деятельности, органами следственного управления проводится постоянный мониторинг интернет-ресурсов и средств массовой информации, направляются запросы в межрегиональное управление Росфинмониторинга в отношении лиц, подозреваемых в совершении преступлений, а также в отношении лиц, образующих круг общения и связей фигурантов для проверки на причастность к финансированию экстремизма и терроризма.

Вместе с тем следует отметить, что борьба с терроризмом и экстремизмом не заканчивается привлечением к ответственности и наказанием виновных за уже выявленные факты. Лучшим направлением борьбы с террористическими и экстремистскими проявлениями выступает их профилактика. Особенно важно проведение такой профилактической работы в среде молодежи, поскольку именно молодежь является одной из наиболее уязвимых в плане подверженности негативному влиянию со стороны антисоциальных групп.

Важно отметить, что широкие возможности терроризму предоставляет отсутствие единых и ясных ценностных ориентиров страны, из-за чего по факту отсутствуют и четко поставленные цели. Отсюда и неэффективность внутренней политики, в том числе региональной: каждый преследует свои интересы, так как общие интересы не сформулированы, причем запрет на идеологическое единство закреплен конституционно.

На мой взгляд, отсутствует самое главное: тот фундамент, который способен консолидировать общество и направить его. Вероятно, именно из-за этого и возникает потребность постоянно нагнетать и транслировать образ врага – террориста ли, экстремиста или США, значения не имеет. Просто потому, что больше нечем скрепить общество в целостную систему, которая является необходимым условием для благополучного существования и страны, и государства.

По сути, применяется сразу две технологии манипуляции массовым сознанием: поддержание образа врага и «метод Геббельса» – постоянное муссирование, тиражирование и закрепление в сознании двух основных установок: «главный враг – терроризм, экстремизм, США: все беды от них» и «решить эти проблемы можно только силовым методом».

По моему мнению, силой можно уничтожить боевиков, но нельзя уничтожить главное, что их объединяет – идеологию. Нельзя силой решить социально-экономические проблемы и проблему дифференциации регионов. Ввод войск и контртеррористическая операция не организуют недостающих рабочих мест, не сформулируют идеологию на основе созидательных и созидающих ценностей, не решат проблем регионального развития и перераспределения ресурсов, не обеспечат равные условия для трудящихся в разных отраслях экономики, не ликвидируют благоприятные условия для распространения и укоренения терроризма. Вся борьба с терроризмом сводится к борьбе со следствием, но не причиной. Угроза никуда не исчезает, а всего лишь переходит из одного состояния в другое, или передислоцируется из одного региона в другой. Ставшая популярной так называемая профилактика терроризма и экстремизма, соответственно, также не может быть эффективной, потому как лучшая профилактика – ликвидация причин распространения и укоренения террористических идей. Вместо этого можно наблюдать лишь размышления и заявления, общий смысл которых сводится к тому, что терроризм – это плохо.

Более того, борьбой с терроризмом, представляемой как необходимость применения исключительно силовых методов, можно оправдать разрыв социально-экономического положения в регионах.

Отмечу также, что любые антитеррористические жесткие меры, предпринимаемые Россией, с большой степенью подозрительности воспринимаются населением, которое видит в них симптомы возвращения страны к авторитарному режиму. Россия не может игнорировать их позицию.

Все эти факторы требуют особого учета и разработки Россией новой антитеррористической стратегии.