Женский фактор как источник власти внешних родственников вайци в эпоху Хань

Введение

Одной из характерных особенностей политической истории эпохи Хань стало систематическое участие родственников императриц и наложниц – так называемых внешних родственников вайци – в управлении государством. С одной стороны, данный институт служил инструментом укрепления власти правящей династии, с другой – нередко становился источником острых политических кризисов. Уже Сыма Цянь отмечал, что некоторые правители Западной Хань получали власть не столько по «воле Неба», сколько благодаря поддержке родственников по женской линии [1, с. 164]. Эта практика была обусловлена стремлением создать альтернативный носитель власти, лояльный исключительно правящему дому.

Императорская власть и структура управления

В данном контексте стоит дать определение понятия «власть». Под этим термином понимается возможность реализовывать свою волю по отношению к другим. В Китае верховной властью обладал император. Он выступал проводником воли Неба на Земле. Титут Сын Неба тянь цзы 天子, унаследованный из доимперской практики, служил демонстрацией этой функции [7, с. 11].

Структура государственного управления в империи Хань делилась на центральную администрацию, расположенную в главном городе, и провинциальные органы власти, распределённые по всей территории империи. Отношения между ними строились по принципу строгой иерархии. Основную ответственность за управление государством возлагалась на двух высших чиновников: премьер-министра и государственного секретаря, которые были непосредственно подчинены императору и составляли подписываемые императором указы. Далее в административной иерархии находились девять основных министров, каждый из которых возглавлял один из государственных департаментов, или канцелярий.

Власть в провинциях была представлена двумя типами административных объединений – областями и царствами. Областями управляли губернаторы, назначаемые центральным правительством, а во главе царств стояли правители, среди которых выделялись кровные родственники императора. Согласно закону, правитель царства должен был передавать свою власть по наследству своему сыну, однако на практике назначения правителей осуществлялись под контролем центральной власти. Помощник правителя, назначаемый из центра, осуществлял постоянный контроль за управлением как царствами, так и областями. Области и царства делились на префектуры, которые, в свою очередь, разделялись на уезды, а те – на округа. Чиновники, отвечающие за выполнение государственных задач в этих единицах, подчинялись строгой системе рангов в зависимости от уровня их ответственности.

Таким образом, концепция единой вертикали власти развивалась и поддерживалась через религиозные предписания, философию и повседневную практику правителей. Несмотря на изменения в структурах государственных органов и особенности различных социальных групп, жёсткая вертикаль власти, а также абсолютное подчинение нижестоящих высшим органам, оставались основными принципами государственного устройства, не меняясь на протяжении всего периода правления Хань [5, с. 21].

Клановая структура и роль женщин

Одной из социальных структур, активно оказывающих влияние на процесс реализации власти, были крупные роды и кланы. Принадлежность к таким фамилиям обеспечивала высокое положение в обществе, наследование не только богатства, но и влияния. Сохраняя дифференциацию в обществе, император одновременно стремился упрочивать свое особое положение и группировал придворный круг только из представителей ограниченного числа семейств, всемерно поддерживая их привилегии [5, с. 49]. Он часто формировал политические коалиции между различными кланами, чтобы избежать консолидации власти в руках одного рода. Эти союзы позволяли императору поддерживать внешний баланс, а также использовать интересы разных групп для управления империей. Иногда он позволял кланам конкурировать между собой, что позволяло сдерживать рост их влияния. Женщины, особенно вдовствующие императрицы или матери императоров, часто становились важными игроками в политическом процессе. Императрицы, концентрируя власть в своих руках, поддерживали положение своих родов, что приводило к усилению влияния внешних родственников [9, с. 32]. Однако их действия часто не укрепляли центральную власть императора, а наоборот, создавали потенциальные угрозы для дестабилизации института императорской власти. Институт вайци сформировался как естественное следствие патриархальной организации китайского общества и конфуцианской концепции семьи. В условиях, когда императорская власть стремилась создать противовес бюрократическому аппарату, родственники императриц и наложниц получали особый статус.

Род Люй как ранний пример усиления вайци

Наиболее показательным примером раннего периода эпохи Хань стало возвышение рода Люй при императрице Люй-хоу (195–180 до н. э.). Овдовев, она не только сосредоточила в своих руках реальную власть, но и предприняла беспрецедентные шаги по укреплению позиций своего клана.

На второй год после смерти императора Хуэй-ди Люй-хоу захотела даровать членам рода Люй титул князя. Люй-хоу как женщина-регент нарушила «естественный порядок» наследования титулов, посягнув на прерогативы мужской линии власти (рода Лю). Её действия были осуждены, что характерно для описаний женщин у власти в конфуцианских хрониках.

Императрица Люй готова была идти на крайние меры, чтобы расправиться с теми, кто представлял потенциальную угрозу ее нахождению у власти. Особенно показательной стала расправа над наложницей Ци и её сыном Лю Жу-и. Наложница Ци была главной соперницей Люй-хоу в гареме, а её сын рассматривался как возможный наследник вместо сына Люй-хоу – слабовольного императора Хуэй-ди. Впоследствии Лю Жу-и получил титул Чжао-вана, что делало его политически опасным для клана Люй. Гао-хоу применила жестокие меры, чтобы подавить сопротивление и демонстрировать абсолютную власть. Лю Жуи был отравлен, несмотря на попытки императора Хуэй-ди защитить его, а наложница Ци подверглась мучительной казни. Таким образом, Люй-хоу не только создала возможности для возвышения своего клана, но и нарушила конфуцианские нормы. Своеволие императрицы спровоцировало сопротивление конфуцианских чиновников и императорских родственников против рода Люй, их всех казнили [2]. Это свидетельствует о наличии в ханьском обществе мощных механизмов сопротивления чрезмерному усилению вайци.

С целью сохранения влияния «внешние родственники» несомненно были вынуждены заручиться поддержкой влиятельного представителя династии. Наиболее надёжным гарантом прихода к власти в данном отношении выступала императрица или вдовствующая императрица. Их особый статус обеспечивал устойчивую связь между кланом внешних родственников и правящей династией. В рамках таких отношений вдовствующая императрица, как правило, выступала в качестве ведущей фигуры, обладая не только политической инициативой, но и даже возможностью издавать указы от имени императора, и, при необходимости, решать о смещении действующего императора и назначении его преемника. Однако утрата ею политического положения, будь то в результате опалы или смерти, влекла за собой неминуемое ослабление позиций её рода, зачастую предопределяя его политический крах.

Императрица была признана столь же священной фигурой, как и её супруг, с которым она составляла «одно тело». Как «мать Поднебесной», она принимала участие в ритуалах в императорском храме предков, а после смерти мужа олицетворяла его власть, передавая «небесное повеление» новому императору [6, с. 164].

Эволюция института вайци

Ко II веку н. э. институт внешних родственников вайци претерпел значительную эволюцию, превратившись в устойчивую клановую систему управления. Наиболее ярким примером этой трансформации стало правление императрицы Хэси (105–121 гг.). Дэн Суй выстроила сложную систему семейного управления государством. Центральную роль в этой системе играл её старший брат Дэн Чжи 鄧騭, занявший пост главного полководца да цзяньцзюнь 大將軍. Другие родственники императрицы также получили ключевые должности в администрации, что позволило клану Дэн контролировать все важнейшие решения. Хотя реальная власть принадлежала императору Ай-ди, который был возведен на престол императрицей Хэси после смерти императора Шан-ди. Однако только лишь в 121 году, после смерти императрицы Хэси императору Ань-ди удалось отстранить членов клана Дэн от власти, лишив их всех чинов и титулов, а некоторым из них была предоставлена возможность покончить жизнь самоубийством [6, с. 168].

Использование конфуцианской риторики в некоторой степени легитимизировало власть Дэн Суй. Она основала школу конфуцианской этики при императорском дворце [8, с. 115]. Дэн Суй была уверена, что управлять следует посредством нравственного примера: если правители будут образцовыми, то и мораль всего общества возвысится. Так, например, она всячески стремилась воплощать конфуцианские добродетели не на словах, а на деле:

«Когда из дворца однажды пропал ларец с жемчугами, она хотела было предать евнухов допросу с пристрастием, но, опасаясь несправедливости, лично допрашивала служанок, проявляя милосердие. Те, кто виновен, тут же признались. Без палок и наказаний [она] добилась правды. Все были потрясены её мудростью» [3].

Однако та же историческая традиция не оставляет сомнений в недопустимости женского правления как такового:

«Хоть [её] и называли мудрой женщиной, но [это был случай] «когда женщина ведет дом к гибели» [4].

Прямая цитата Шу цзина («Канон записей») используется в целях оправдания критики политической активности женщины в рамках конфуцианской идеологии. Даже при наличии выдающихся личных качеств, женская власть осмысляется как отклонение от нормативного порядка, подрывающее устои государства.

Заключение

Институт вайци представлял собой парадоксальный симбиоз формального патриархального порядка и реального женского влияния, где императрицы, используя статус матери или вдовы, опосредованно правили через мужчин-родственников. Зафиксированная в источниках эпохи Хань модель позволяла внешне сохранять конфуцианские нормы. Однако ввиду своей двойственной природы развитие института внешних родственников неизбежно вело к нарушению баланса сил в политической системе. В рамках традиционной конфуцианской парадигмы политическая власть была институционально закреплена за императором. Однако усиление влияния императриц и вдовствующих императриц приводило к существенному перераспределению властных полномочий. В частности, они часто делегировали властные полномочия своим родственникам по материнской линии, таким как отцы и братья, что де-факто смещало центр принятия решений от императора и легитимных правительственных структур к кланам вайци. Данная тенденция, в свою очередь, обусловливала формирование мощных придворных фракций, ориентированных на поддержку интересов соответствующих кланов. Подобная фракционность дестабилизировала политическую систему, провоцируя борьбу за влияние и контроль над государственными делами и, как следствие, подрывая авторитет императорской власти, что в конечном итоге способствовало кризису и падению династии Хань.