Компетенция органов государственной власти субъектов РФ в сфере патриотического воспитания молодежи Белгородской области: правовой анализ

Введение

Современный этап развития государственной молодежной политики характеризуется усилением внимания к вопросам патриотического и духовно-нравственного воспитания как важнейшего направления публичного управления. Актуальность темы формируется в условиях изменения общественно-политических ориентиров, при которых правовое регулирование деятельности органов государственной власти субъектов Российской Федерации в исследуемой сфере становится максимально значимым. Патриотическое воспитание молодежи в данном контексте выступает не только как социальная функция, но и как объект целенаправленного правового воздействия, реализуемого посредством механизмов государственного управления. Целью настоящего исследования является анализ компетенции органов государственной власти Белгородской области в сфере патриотического воспитания молодежи через призму правового регулирования.

Объекты и методы исследования

Исследование основано на анализе нормативных правовых актов и программных документов, регулирующих реализацию государственной политики патриотического воспитания молодежи в Белгородской области, включая государственную программу «Патриотическое и духовно-нравственное воспитание молодежи Белгородской области», а также материалы министерства по делам молодежи Белгородской области и областного государственного бюджетного учреждения «Центр молодежных инициатив» за 2022–2025 годы. В работе использованы формально-юридический, сравнительно-правовой и программно-целевой методы, позволившие проанализировать нормативное закрепление компетенции органов государственной власти и механизмы реализации государственной программы как ключевого инструмента региональной молодежной политики в исследуемой сфере.

Результаты и их обсуждение

Федеральный закон от 30 декабря 2020 г. № 489-ФЗ «О молодежной политике в Российской Федерации» определяет патриотическое воспитание в качестве одного из ключевых направлений государственной молодежной политики и закрепляет за органами государственной власти субъектов Российской Федерации полномочия по разработке и реализации региональных программ в данной сфере [1]. Тем самым формируется нормативная обязанность субъектов Федерации обеспечивать реализацию воспитательной функции государства в отношении молодежи.

Дополняющим элементом правового регулирования выступает Стратегия развития воспитания в Российской Федерации на период до 2025 года, в которой подчеркивается необходимость комплексного и межведомственного подхода к организации патриотического и духовно-нравственного воспитания [3]. Значительное влияние на формирование ценностных ориентиров государственной политики оказывает также Указ Президента Российской Федерации от 9 ноября 2022 г. № 809, в котором закреплены основы государственной политики по сохранению и укреплению традиционных духовно-нравственных ценностей [2].

Установление соответствующих полномочий на федеральном уровне создает правовые предпосылки для формирования самостоятельных региональных моделей патриотического воспитания молодежи. На уровне субъекта Федерации данные положения находят конкретизацию в Законе Белгородской области от 3 октября 2013 г. № 223 «О поддержке молодежи в Белгородской области». Указанный нормативный правовой акт относит патриотическое воспитание молодежи к числу приоритетных направлений региональной молодежной политики и закрепляет за органами государственной власти области обязанности по созданию условий для его осуществления [4, с. 14].

Таким образом, федеральные правовые акты создают рамочные требования и целевые ориентиры, в то время как региональное законодательство наполняет их конкретным содержанием и управленческими механизмами. Подобное разграничение уровней правового регулирования обеспечивает баланс между единством государственной политики и учетом региональной специфики.

Ключевым инструментом реализации компетенции органов государственной власти Белгородской области в сфере патриотического воспитания молодежи выступает государственная программа «Патриотическое и духовно-нравственное воспитание молодежи Белгородской области», утвержденная постановлением Правительства Белгородской области в 2023 году [5].

Государственная программа представляет собой правовой акт программно-целевого характера, в котором закрепляются стратегические цели, задачи, основные направления деятельности, перечень мероприятий, показатели результативности и объемы финансового обеспечения. В тексте программы цель сформулирована как «формирование у молодежи Белгородской области устойчивых ценностных ориентаций, основанных на патриотизме, гражданской ответственности и уважении к историческому и культурному наследию Российской Федерации» [5, с. 8]. Таким образом, государственная программа выполняет функцию правового механизма, посредством которого осуществляется конкретизация и распределение полномочий между органами исполнительной власти региона.

Согласно Постановлению Правительства Белгородской области от 13 декабря 2021 года № 608-пп Об утверждении государственной программы Белгородской области «Развитие молодежной политики на территории Белгородской области» подпрограммой № 2 выступает «Патриотическое воспитание населения Белгородской области», которая направлена на создание условий для повышения гражданской ответственности за судьбу страны, повышения уровня консолидации общества для решения задач обеспечения национальной безопасности и устойчивого развития Российской Федерации, укрепления чувства сопричастности граждан к великой истории и культуре России, обеспечения преемственности поколений россиян, воспитания гражданина, любящего свою Родину и семью, имеющего активную жизненную позицию [6, с. 3].

Сравнение двух программных документов позволяет сделать вывод об их функциональной взаимодополняемости. Государственная программа Белгородской области «Патриотическое и духовно-нравственное воспитание молодежи Белгородской области» ориентирована на реализацию мер патриотической направленности именно в молодежной среде, что обеспечивает целевую концентрацию ресурсов, показателей и управленческой ответственности. В то же время государственная программа «Развитие молодежной политики на территории Белгородской области», включающая подпрограмму «Патриотическое воспитание населения Белгородской области», имеет более широкий предмет регулирования и охватывает задачи патриотического воспитания в отношении населения в целом. Параллельное существование данных программно-целевых инструментов является обоснованным, поскольку позволяет, с одной стороны, обеспечить специализированную работу с молодежью, а с другой – встроить патриотическое воспитание в общую систему региональной молодежной политики, при условии согласованности целей, показателей и механизмов их реализации.

Однако, одновременное функционирование нескольких программно-целевых документов, регулирующих смежные общественные отношения, объективно усложняет систему управления. В подобных условиях возрастает значение правовой координации, направленной на предотвращение дублирования мероприятий и размывания ответственности между исполнителями. Отсутствие четкого нормативного разграничения программных целей и показателей может негативно отражаться на оценке эффективности реализации государственной политики.

Ведущая роль в реализации упомянутых выше государственных программ принадлежит министерству по делам молодежи Белгородской области, правовой статус и функциональные полномочия которого определены Положением, утвержденным постановлением Правительства Белгородской области от 25 апреля 2022 г. № 252-пп [7]. В рамках предоставленной компетенции Министерство осуществляет координацию мероприятий патриотической направленности, взаимодействие с подведомственными учреждениями, а также организационное сопровождение реализации программных мероприятий [8]. Практическая реализация мероприятий зачастую осуществляется через подведомственные учреждения, в частности через ОГБУ «ЦМИ», который выступает ключевой организационной площадкой для проведения форумов, акций и проектов патриотической и гражданской направленности. Деятельность Центра реализуется в соответствии с задачами, определенными министерством по делам молодежи, что подтверждается официальными материалами профильного органа [9].

Сложившаяся модель реализации полномочий отражает типичную для регионального уровня практику делегирования функций, при которой профильный орган исполнительной власти осуществляет стратегическое руководство, а подведомственные учреждения – практическую реализацию мероприятий. Эффективность данной модели во многом определяется степенью нормативной определенности функций и ответственности каждого участника, а также наличием устойчивых механизмов координации и обратной связи.

Компетенция Правительства Белгородской области проявляется в утверждении государственной программы, определении объемов финансирования и осуществлении общего контроля за ходом ее реализации [5]. Законодательный орган региона (Белгородская областная Дума) обеспечивает нормативно-правовое сопровождение молодежной политики посредством принятия и корректировки законов Белгородской области [4]. Таким образом, реализация государственной программы основывается на разграничении полномочий между органами государственной власти, что позволяет обеспечить комплексный характер правового регулирования.

Реализация государственной политики патриотического воспитания молодежи в Белгородской области осуществляется в условиях одновременного действия нескольких программно-целевых документов, что, с одной стороны, расширяет управленческие возможности, а с другой – порождает риск пересечения мероприятий и размывания ответственности между исполнителями.

Существенной проблемой является недостаточная формализация межведомственного взаимодействия. Несмотря на межсекторный характер патриотического воспитания, нормативные правовые акты преимущественно фиксируют перечень мероприятий, не раскрывая процедур координации между органами исполнительной власти и подведомственными учреждениями. В результате значительная часть управленческих решений реализуется на уровне практики, без единых юридически закрепленных алгоритмов взаимодействия.

Отдельного внимания требует система оценки результативности программных мероприятий, которая в настоящее время ориентирована преимущественно на количественные показатели охвата. Подобный подход не позволяет в полной мере отразить качественные и институциональные эффекты патриотического воспитания, что снижает управленческую и правовую значимость получаемых результатов.

В целях совершенствования правового регулирования представляется целесообразным нормативно закрепить разграничение ответственности между программными документами, разработать типовые регламенты межведомственного взаимодействия, а также дополнить систему показателей качественными критериями, отражающими устойчивость и содержательную эффективность реализуемых мероприятий. Указанные меры позволят повысить управляемость и прозрачность реализации государственной политики патриотического воспитания молодежи на региональном уровне.

Заключение

Проведенный анализ позволяет сделать вывод о том, что в Белгородской области сформирована развернутая система правового и программно-целевого обеспечения государственной политики патриотического воспитания молодежи, основанная на сочетании федеральных нормативных ориентиров и региональных механизмов реализации. Ключевую роль в данной системе играет государственная программа «Патриотическое и духовно-нравственное воспитание молодежи Белгородской области», которая выступает основным инструментом конкретизации компетенции органов государственной власти субъекта Российской Федерации и обеспечивает целенаправленное воздействие на молодежную среду. Одновременно включение подпрограммы «Патриотическое воспитание населения Белгородской области» в состав государственной программы «Развитие молодежной политики на территории Белгородской области» свидетельствует о стремлении региональных органов власти встроить патриотическое воспитание в более широкую архитектуру молодежной и общественной политики.

Вместе с тем выявленные в ходе исследования проблемы: нормативное пересечение программных документов, недостаточная формализация межведомственного взаимодействия и преобладание количественных показателей результативности; указывают на необходимость дальнейшего совершенствования правового регулирования. Повышение эффективности реализации государственной политики в исследуемой сфере возможно при условии четкого разграничения компетенций между программами, разработки единых регламентов координации деятельности органов исполнительной власти и подведомственных учреждений, а также внедрения качественных критериев оценки устойчивости и содержательной эффективности патриотических практик. Реализация указанных направлений позволит не только усилить управляемость и прозрачность программных механизмов, но и повысить их долгосрочный социальный эффект в системе регионального государственного управления.