Трансформация коррупционных рисков в правоохранительных органах Российской Федерации в 2024-2025 годах: институциональные и правовые аспекты

Актуальность исследования коррупционных рисков в деятельности правоохранительных органов обусловлена их особым положением в системе государственного управления. Выполняя функции по охране правопорядка, борьбе с преступностью и обеспечению национальной безопасности, сотрудники этих органов наделены широкими дискреционными полномочиями, что создает повышенные коррупционные риски. Период 2024-2025 годов характеризуется существенными изменениями нормативно-правовой базы и институциональных условий функционирования правоохранительной системы, что требует специального анализа трансформации соответствующих социальных рисков.

Цель настоящей статьи – выявить и проанализировать основные тенденции изменения коррупционных рисков в правоохранительных органах Российской Федерации за последние два года, оценить влияние изменений законодательства и правоприменительной практики на уровень социальной напряженности и доверия к правоохранительной системе.

1. Нормативно-правовая трансформация антикоррупционного регулирования

Рассмотрим базовые принципы противодействия коррупции. Фундаментальной основой антикоррупционного регулирования в Российской Федерации выступает Федеральный закон от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции». К числу ключевых антикоррупционных механизмов относятся обязанность представлять сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера (далее – сведения о доходах), ограничения на трудоустройство после увольнения с государственной службы.

Уголовный кодекс Российской Федерации (далее – УК РФ) предусматривает развернутую систему ответственности за коррупционные преступления. Статья 290 УК РФ [2, с. 290] устанавливает наказание за получение взятки с градацией в зависимости от размера незаконного вознаграждения (значительный – свыше 25 тыс. рублей, крупный – свыше 150 тыс. рублей, особо крупный – свыше 1 млн рублей) и квалифицирующих признаков. Санкции включают многократные штрафы (до стократной суммы взятки) и лишение свободы на срок до 15 лет. Статья 291 УК РФ предусматривает аналогичную ответственность за дачу взятки, а статья 291.1 УК РФ – за посредничество во взяточничестве.

Принципиальные изменения в систему антикоррупционного регулирования внес Указ Президента Российской Федерации от 29 декабря 2022 г. № 968 «Об особенностях исполнения обязанностей, соблюдения ограничений и запретов в области противодействия коррупции некоторыми категориями граждан в период проведения специальной военной операции» [3]. Действие Указа распространяется на правоотношения, возникшие с 24 февраля 2022 года, и сохраняет силу до издания соответствующих нормативных правовых актов.

Согласно Указу № 968, от обязанности представлять сведения о доходах освобождаются следующие категории лиц: военнослужащие, сотрудники органов внутренних дел, Росгвардии, уголовно-исполнительной системы и Следственного комитета, принимающие (принимавшие) участие в специальной военной операции или непосредственно выполняющие задачи, связанные с ее проведением; лица, направленные (командированные) для выполнения задач на территориях ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей; граждане, призванные на военную службу по мобилизации (на них антикоррупционные запреты и ограничения не распространяются в принципе).

Кроме того, Указ устанавливает, что запрет на получение вознаграждений и подарков от физических и юридических лиц не распространяется на подарки гуманитарного (благотворительного) характера, получаемые в связи с участием в специальной военной операции. Также приостанавливается размещение в сети Интернет сведений о доходах указанных категорий граждан. Данные исключения создают особый правовой режим для значительной части сотрудников правоохранительных органов, что объективно повышает коррупционные риски в силу ослабления внешнего контроля.

2. Институциональные изменения системы финансового контроля

Важным элементом противодействия коррупции выступает система финансового контроля за расходованием бюджетных средств. В 2024-2025 годах произошли существенные изменения в методологии мониторинга качества финансового менеджмента (далее – КФМ) главных распорядителей бюджетных средств, к числу которых относятся и правоохранительные органы.

Приказом Минфина России от 03.10.2024 № 145н [4] утвержден новый Порядок проведения мониторинга качества финансового менеджмента. В соответствии с письмом Минфина России от 05.12.2024 № 02-10-09/1/122918 , с 1 января 2025 года мониторинг КФМ проводится по обновленным правилам, предусматривающим, в частности, представление сведений об исковых требованиях и судебных актах [5, прил. № 9], об управлении активами [5, прил. № 10 ] о предписаниях и представлениях Федерального казначейства и Счетной палаты [5, прил. № 11].

Особое значение имеет совместное письмо Минфина России и Федерального казначейства от 12.12.2024 № 02-06-06/125594, № 07-04-05/02-36633, регламентирующее порядок взаимодействия при формировании бюджетной отчетности и учета результатов контрольных мероприятий Счетной палаты [6]. Документ устанавливает процедуры корректировки отчетности при выявлении нарушений, что формально усиливает контрольные механизмы.

Однако анализ отчетов Счетной палаты [5] о проверках в органах государственной власти (на примере Совета Федерации) показывает устойчивую тенденцию: с 2022 по 2025 год включительно в официальных отчетах фиксируется отсутствие фактов нецелевого и неэффективного использования бюджетных средств. Столь стабильно положительные результаты проверок могут свидетельствовать либо о высоком уровне финансовой дисциплины, либо о формальном характере контрольных мероприятий, что само по себе является фактором коррупционного риска.

3. Динамика коррупционных рисков: качественный анализ

На основе анализа нормативных изменений и правоприменительной практики можно выделить следующие тенденции трансформации коррупционных рисков в правоохранительных органах в 2024-2025 годах.

Расширение «серых зон» контроля. Введение Указом № 968 исключений из антикоррупционных требований для широкого круга сотрудников создает ситуацию правовой неопределенности. С одной стороны, освобождение от декларирования доходов в период участия в боевых действиях имеет разумные основания (сложность процедур, соображения безопасности). С другой стороны, такая мера распространяется не только на период непосредственного участия в операции, но и на все время ее проведения, что для многих сотрудников означает многолетнее нахождение вне антикоррупционного контроля.

Особую интерес вызывает положение о допустимости получения подарков гуманитарного характера. Понятие «гуманитарный характер» не имеет четких законодательных критериев, что создает возможности для маскировки взяток и иных незаконных вознаграждений под гуманитарную помощь.

Ужесточение уголовной ответственности и ослабление превентивных мер. Анализ статей 290–291.1 УК РФ показывает последовательное ужесточение санкций за коррупционные преступления. В действующей редакции предусмотрены штрафы до стократной суммы взятки и лишение свободы до 15 лет. Однако ужесточение наказания за уже совершенные преступления не компенсирует ослабление превентивных механизмов, основанных на контроле доходов и расходов.

Согласно криминологической теории, эффективность противодействия коррупции определяется не столько суровостью наказания, сколько неотвратимостью ответственности. Ослабление контрольных процедур для значительной части сотрудников правоохранительных органов снижает вероятность выявления коррупционных правонарушений на ранних стадиях, что повышает общий уровень социального риска.

4. Социальные последствия и оценка рисков

Повышение коррупционных рисков в правоохранительных органах имеет серьезные социальные последствия, которые можно структурировать по нескольким уровням.

Институциональный уровень. Коррупция в правоохранительных органах подрывает доверие граждан к государственным институтам в целом. Правоохранительная система, призванная защищать права и законные интересы граждан, сама становится источником несправедливости и произвола. Это порождает правовой нигилизм, снижает готовность граждан обращаться за защитой своих прав и сотрудничать с правоохранительными органами.

Экономический уровень. Коррупционные схемы при распределении бюджетных средств, выделяемых на обеспечение деятельности правоохранительных органов (закупки техники, строительство), приводят к неэффективному использованию бюджетных ресурсов.

5. Направления совершенствования системы противодействия коррупции

На основе проведенного анализа можно предложить следующие меры по минимизации коррупционных рисков в правоохранительных органах.

Институциональные меры. Представляется целесообразным разработка специального порядка декларирования доходов для сотрудников, участвующих в специальной военной операции, который обеспечивал бы баланс между требованиями безопасности и необходимостью антикоррупционного контроля. Возможным решением могло бы стать представление сведений о доходах в запечатанных конвертах с раскрытием только при возникновении обоснованных подозрений.

Методологические меры. Необходимо уточнение понятия «подарки гуманитарного характера» с установлением четких критериев (стоимостных, целевых, субъектных) для исключения злоупотреблений. Также требуется совершенствование методик оценки качества финансового менеджмента, чтобы они отражали не только формальное соблюдение процедур, но и реальную эффективность использования бюджетных средств.

Контрольные меры. Целесообразно усиление роли общественного контроля за деятельностью правоохранительных органов, включая расширение доступа к обезличенной информации о результатах проверок и выявленных нарушениях (за исключением сведений, составляющих государственную тайну). Важным направлением является развитие системы внутреннего аудита в самих правоохранительных органах с обеспечением реальной независимости аудиторских подразделений.

Заключение

Проведенный анализ позволяет сделать вывод о качественной трансформации коррупционных рисков в правоохранительных органах Российской Федерации в 2024-2025 годах. Ключевыми факторами этой трансформации выступают: введение Указом № 968 исключительного антикоррупционного режима для широкого круга сотрудников; сохранение формального подхода к контрольным мероприятиям при ужесточении уголовной ответственности; институциональные изменения системы финансового контроля.

Выявленные тенденции создают предпосылки для роста латентной коррупции, смещения коррупционных практик в менее контролируемые сферы и снижения эффективности превентивных антикоррупционных механизмов. Социальная цена этих процессов выражается в подрыве доверия к правоохранительной системе, неэффективном использовании бюджетных средств и создании угроз безопасности граждан.

Дальнейшие исследования в этой области должны быть направлены на разработку методик количественной оценки коррупционных рисков в условиях ограниченной доступности ведомственной информации, а также на поиск оптимального баланса между режимными требованиями и необходимостью антикоррупционного контроля в период действия особых правовых режимов.