Введение
Судебная экспертиза выступает одним из ключевых средств установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Заключение эксперта является самостоятельным видом доказательств, что прямо закреплено в п. 3 ч. 2 ст. 74 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации [1]. Вместе с тем процессуальная форма данного доказательства требует строгого соблюдения установленной законом процедуры назначения и производства экспертизы, а также надлежащей оценки её результатов уполномоченными субъектами.
Статья 207 УПК РФ [1] разграничивает два процессуальных института, призванных обеспечить восполнение пробелов и проверку обоснованности экспертного заключения: дополнительную и повторную судебные экспертизы. Если повторная экспертиза назначается при сомнениях в обоснованности заключения или наличии противоречий в выводах экспертов, то дополнительная, согласно ч. 1 ст. 207 УПК РФ [1], призвана устранить недостаточную ясность или неполноту первичного заключения, а также ответить на новые вопросы в отношении ранее исследованных обстоятельств.
Внешняя ясность приведённых формулировок не устраняет серьёзных процессуальных проблем, возникающих при реализации данного института. Ключевая из них – фактическое вовлечение эксперта, осуществляющего дополнительное исследование, в оценку результатов первичной экспертизы при отсутствии законодательной регламентации допустимых пределов такого использования. Целью настоящей статьи является выявление процессуальных дефектов действующей редакции ч. 1 ст. 207 УПК РФ [1] и формулирование юридически обоснованных предложений по их устранению.
Материалы и методы
Методологический инструментарий носит юридико-догматический и сравнительно-правовой характер. Посредством системного толкования норм, регулирующих назначение и производство судебных экспертиз, выявлен правовой пробел в регламентации порядка использования результатов первичного исследования при дополнительной экспертизе. Методом правового моделирования сформулированы конкретные редакции законодательных поправок. Сравнительно-правовой подход применён при анализе норм, регулирующих дополнительную экспертизу в иных видах судопроизводства.
Результаты
Первое – процессуальная проблема. Часть 1 ст. 207 УПК РФ [1] в действующей редакции предусматривает, что дополнительная экспертиза «может быть назначена», а её производство «поручается тому же или другому эксперту». При этом законодатель оставляет без внимания ряд принципиальных вопросов, возникающих при поручении дополнительной экспертизы другому эксперту: каковы допустимые пределы и объём использования результатов первичного исследования, вправе ли эксперт ссылаться на них и в каком порядке.
Согласно ст. 8 Федерального закона № 73-ФЗ [2], экспертное исследование должно основываться на строго научной и практической основе. Статья 17 того же закона [2] устанавливает, что эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы и объекты для исследования. Вместе с тем ч. 1 ст. 207 УПК РФ [1] не конкретизирует, в каком объёме эксперт, привлечённый к дополнительной экспертизе, вправе опираться на результаты первичного заключения. Данная неопределённость порождает процессуальный парадокс. В соответствии со статьями 87–88 УПК РФ [1], оценка доказательств является исключительной прерогативой суда, прокурора, следователя и дознавателя. Эксперт в круг субъектов оценки не входит. Однако при производстве дополнительной экспертизы другим экспертом последний оказывается в положении, при котором он вынужден самостоятельно определять, какие выводы предшественника являются корректными и могут быть использованы в качестве исходных данных для дополнительного исследования. Фактически это означает косвенное делегирование эксперту полномочий по оценке первичного заключения. На данную проблему обращено внимание и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 28 [3], где подчёркивается, что оценка заключения эксперта должна производиться судом по общим правилам оценки доказательств, установленным ст. 88 УПК РФ [1]. Однако механизм, позволяющий суду проверить, не вышел ли эксперт за пределы своей компетенции при использовании результатов первичного исследования, действующим законодательством не предусмотрен.
Ситуация усугубляется отсутствием единообразного ведомственного регулирования. Действующий в настоящее время Приказ МВД России от 30 мая 2022 г. № 373 [4], которым были внесены изменения в нормативные правовые акты МВД России по вопросам организации судебных экспертиз и аттестации экспертов, не разрешает по существу вопрос о допустимых пределах ссылок эксперта на результаты первичного заключения.
Нельзя не отметить и особенности юридической техники ч. 1 ст. 207 УПК РФ [1]. Действующая редакция использует диспозитивную формулировку «может быть назначена», что не способствует правовой определённости и оставляет разрешение данного вопроса исключительно на усмотрение правоприменителя.
Второе – предлагаемая модель законодательных изменений. В целях устранения выявленных пробелов предлагается внести изменения в ч. 1 ст. 207 УПК РФ [1], изложив её в следующей редакции: «1. При недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела назначается дополнительная судебная экспертиза, производство которой, как правило, поручается тому же эксперту. В случае невозможности поручения дополнительной экспертизы тому же эксперту по объективным причинам (смерть эксперта, его тяжёлая болезнь, прекращение полномочий, длительное отсутствие и иные уважительные причины) её производство может быть поручено другому эксперту.
Эксперт, которому поручено производство дополнительной экспертизы, обязан провести исследование с соблюдением всех последовательных стадий, предусмотренных методикой соответствующего вида судебной экспертизы. При этом эксперт вправе использовать отдельные фактические данные, содержащиеся в первичном заключении (описание объектов, их упаковки, результатов применённых инструментальных методов), при условии, что такие данные не являются исходными для совокупности признаков, выявленных им в ходе дополнительного исследования. Ссылка на оценочные выводы первичного экспертного заключения не допускается. Порядок и объём использования результатов первичной экспертизы при производстве дополнительной экспертизы подлежат обязательному отражению в исследовательской части заключения эксперта.»
Основные преимущества предлагаемой редакции заключаются в следующем.
Во-первых, вводится императивное правило о назначении дополнительной экспертизы («назначается»), что устраняет необоснованно широкую дискрецию правоприменителя.
Во-вторых, закрепляется общее правило о поручении дополнительной экспертизы тому же эксперту, но при этом предусматривается гибкий механизм поручения другому эксперту при наличии объективных причин, препятствующих участию первоначального эксперта. Такой подход согласуется со сложившейся практикой, в соответствии с которой производство дополнительной экспертизы целесообразно поручать тому же эксперту, однако в ряде случаев это объективно невозможно.
В-третьих, устанавливается чёткий процессуальный запрет на использование оценочных выводов первичного заключения, что исключает риск невольного вовлечения эксперта в оценку доказательств. Эксперт вправе использовать лишь фактические данные (описание объектов, результаты инструментальных методов), которые носят объективный характер и не требуют оценочной интерпретации.
В-четвёртых, вводится требование об обязательном отражении в заключении порядка и объёма использования результатов первичной экспертизы, что создаёт процессуальную основу для последующей оценки заключения судом на предмет соблюдения установленных правил.
Обсуждение
Предлагаемая модель законодательных изменений основывается на нескольких принципиальных положениях, вытекающих из системного толкования уголовно-процессуального законодательства и законодательства о судебно-экспертной деятельности.
Прежде всего, предлагаемые поправки исходят из строгого разграничения процессуальной функции оценки доказательств и экспертной деятельности. Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 28 [3], заключение эксперта не имеет заранее установленной силы и подлежит оценке по общим правилам, установленным ст. 88 УПК РФ [1]. Вовлечение эксперта в оценку первичного заключения, пусть и в косвенной форме, данной правовой позиции не соответствует.
Следует подчеркнуть, что предлагаемая редакция не препятствует разумной преемственности экспертных исследований. Эксперт сохраняет право использовать фактические данные, содержащиеся в первичном заключении, что особенно важно для таких видов экспертиз, где описание объектов исследования и условий их хранения имеет самостоятельное доказательственное значение. Однако использование оценочных выводов, сформулированных другим экспертом, недопустимо, поскольку это означало бы подмену процессуальной оценки суда экспертным усмотрением.
Крайне важно, что предложенная редакция не содержит категоричного требования о полном повторении всех этапов первичного исследования, если дополнительная экспертиза направлена на разрешение новых вопросов. Эксперт обязан соблюсти последовательные стадии, предусмотренные методикой, но объём исследования определяется существом дополнительно поставленных вопросов, а не фактом назначения дополнительной экспертизы. Это снимает обоснованные сомнения в методологической корректности предлагаемых изменений.
Техническая реализация предлагаемых поправок не требует создания новых правовых институтов или организационных структур. Изменения могут быть внесены федеральным законом о внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РФ без установления переходного периода, поскольку они конкретизируют существующий процессуальный институт, не меняя его существа. В перспективе, после вступления в силу законопроекта № 306504-6 [5] и создания Государственного реестра судебно-экспертных организаций и частных судебных экспертов, предлагаемые процессуальные нормы могут быть дополнены механизмом верификации методик, используемых при дополнительных экспертизах, через Единый реестр экспертных методик. Однако это требует отдельной проработки и выходит за рамки настоящего исследования.
Выводы
Действующая редакция ч. 1 ст. 207 УПК РФ [1] не регламентирует порядок и допустимые пределы использования результатов первичного экспертного исследования при производстве дополнительной экспертизы, что создаёт риск невольного вовлечения эксперта в оценку первичного заключения – функцию, ему не принадлежащую в силу ст. 87–88 УПК РФ [1]. Отсутствие процессуального разграничения ситуаций, при которых дополнительная экспертиза поручается тому же либо другому эксперту, порождает правовую неопределённость в вопросе о том, в каком объёме эксперт вправе ссылаться на результаты первичного исследования. Предлагаемая редакция ч. 1 ст. 207 УПК РФ [1] устраняет выявленные правовые пробелы посредством: а) введения императивного правила о назначении дополнительной экспертизы; б) закрепления общего правила о поручении её тому же эксперту с гибким механизмом поручения другому эксперту при наличии объективных причин; в) установления процессуального запрета на использование оценочных выводов первичного заключения; г) возложения на эксперта обязанности отражать порядок и объём использования результатов первичной экспертизы в заключении.
