Стремительное развитие и расширение сфер применений цифровых технологий в современном мире, приводит, как и к множеству позитивных эффектов внедрения искусственного интеллекта в различные сферы жизни общества, но и одновременно несёт с собой риски возникновения негативных последствий, что создает новые вызовы в области определения правовой ответственности за причиненный вред, вследствие применения новых технологий. В данной статье раскрывается проблема исследования гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный искусственным интеллектом, заключающимся в неполноценности существующих гражданско-правовых норм и их регламентации для установления объема ответственности за вред, нанесённым им.
ИИ (искусственный интеллект) – это технология, которая позволяет компьютерам выполнять задачи, которые обычно требуют человеческого интеллекта: учиться на опыте, анализировать информацию, принимать решения, понимать речь, создавать тексты, изображения и многое другое. Говоря простыми словами, это «умный помощник», который может обрабатывать большие объёмы данных, находить в них закономерности и на основе этого делать выводы или выполнять действия.
Есть три уровня ИИ (искусственного интеллекта):
- Узкий (слабый) ИИ (ANI – Artificial Narrow Intelligence) – специализируется на одной конкретной задаче, работает в строго определённых рамках. Примеры: системы распознавания лиц, голосовые помощники (Siri, Alexa), рекомендательные алгоритмы, спам-фильтры.
- Общий (сильный) ИИ (AGI – Artificial General Intelligence) – гипотетическая концепция системы, способной выполнять любые интеллектуальные задачи на уровне человека или превосходить его.
- Сверхразумный ИИ (ASI – Artificial Superintelligence) – гипотетическая форма ИИ, которая превосходит человека по интеллектуальным способностям во всех или почти всех областях. Предполагает комплексное превосходство над человеческим разумом, включая творческое мышление, стратегическое мышление и социальные навыки.
Однако с развитием и использованием искусственного интеллекта возникают вопросы гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный использованием искусственного интеллекта.
Гражданско-правовая ответственность – это отрицательное воздействие на нарушителя закона, которое происходит в результате возложения на него дополнительных гражданско-правовых обязательств или ограничения его субъективных прав. В зависимости от основания возникновения ответственности в цивилистике она традиционного подразделяется на договорную и внедоговорную.
Так, договорная ответственность отличается от внедоговорной тем, что ее формы и размеры могут быть определены как законом, так и договором, в то время как внедоговорная ответственность определяется только законом и наступает при причинении правонарушения должником, не находящимся в договорных отношениях с кредитором.
При этом механизм ответственности в гражданском праве предусматривает взыскание имущественных санкций в пользу потерпевшей стороны и имеет компенсационный характер, направленный на восстановление ее имущественного состояния путем обязательного возмещения причиненного вреда.
Деликтная ответственность предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации и характеризуется возмещением вреда на основе императивных норм, ответственностью одних лиц перед другими за причиненный ущерб (ст. 1064, 1070, 1073 ГК РФ), возможностью возмещения вреда без вины (ст. 1079 ГК РФ), а также возможностью возмещения вреда, причиненного в состоянии крайней необходимости (ст. 1067 ГК РФ)
Обязательства по возмещению вреда возникают при наличии вреда, противоправного поведения, причинной связи и вины. Существенно, что в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации, ответственность возлагается на физических и юридических лиц. Поэтому искусственный интеллект может быть подвергнут ответственности только при наличии законодательного установления его правового статуса как субъекта права.
Сложность определения противоправности действий искусственного интеллекта возникает в случаях, когда его действия не были явно запрограммированы разработчиком. В такие моменты возникают вопросы: «А кто понесет ответственность?» и «Противоправно ли совершенное ИИ действие?»
Статья 1064 ГК РФ требует определения лица, причинившего вред, но в современном мире, когда повсеместно используются автоматизированные механизмы ИИ, такое лицо чаще всего отсутствует.
Несмотря на то, что в ряде стран уже начали принимать такие нормативные правовые акты, приходится констатировать, что вопросам возмещения вреда в рассматриваемой сфере уделяется крайне мало внимания. Это актуально и в отношении нашей страны. Так, основными нормативными правовыми актами, затрагивающими правоотношения в сфере искусственного интеллекта, являются:
- Федеральный закон от 24 апреля 2020 г. № 123-ФЗ «О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для разработки и внедрения технологий искусственного интеллекта в субъекте Российской Федерации – городе федерального значения Москве и внесении изменений в статьи 6 и 10 Федерального закона “О персональных данных”»;
- Указ Президента РФ от 10 октября 2019 г. № 490 «О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации»;
- Распоряжение Правительства РФ от 19 августа 2020 г. № 2129-р «Об утверждении Концепции развития регулирования отношений в сфере технологий искусственного интеллекта и робототехники до 2024 года».
Вместе с тем применительно к ответственности за вред, причиненный в результате использования технологий на основе AI, специального правового регулирования в России на данный момент нет. То есть при разрешении споров о возмещении вреда руководствоваться придется положениями Гражданского кодекса РФ, а также в ряде случаев – Законом о защите прав потребителей, положения которых, однако, для такого рода правоотношений не всегда пригодны.
К примеру, если автомобиль под управлением AI собьет пешехода, возмещение вреда будет происходить по правилам ГК, которыми регламентирована ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности (ст. 1079 и др.). Если в ходе хирургической операции из-за сбоя в программном обеспечении пациенту будет причинен вред, руководствоваться придется нормами § 3 гл. 59 ГК, посвященной ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), а также Закона о защите прав потребителей.
Однако применение данных норм к ответственности за вред, причиненный продуктами на основе AI, выявляет ряд сложностей, например, проблема доказывания наличия вины.
В соответствии со ст. 1079 ГК юр. лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (среди которой в законе указана и деятельность по использованию ТС), несут ответственность за вред, причиненный таким источником, независимо от вины, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, а также в ряде иных случаев, прямо предусмотренных законом (например, при выбытии источника из владения в результате противоправных действий других лиц).
Согласно ст. 1095 ГК вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юр. лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), а также недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины (за исключением случаев причинения вреда вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения (ст. 1098 ГК)) и от того, состоял ли потерпевший с ними в договорных отношениях. При этом абз. 2 ст. 1095 Кодекса содержит специальное условие, согласно которому ответственность независимо от вины допускается лишь при условии приобретения товара (выполнения работы, оказания услуги) в потребительских целях, а не для использования в предпринимательской деятельности.
Таким образом, пострадавшему от действий «компьютера-водителя» в ДТП гражданину-потребителю, как и юр. лицу, которое приобрело товар (заказало работу, услугу) в целях, не связанных с предпринимательскими, а также в ряде случаев иным лицам защитить свои права относительно просто.
В большинстве же случаев вина в причинении вреда является обязательным условием, и для возложения на продавца (изготовителя, исполнителя) ответственности истцу придется доказать наличие в действиях ответчика состава гражданско-правового деликта, а именно представить доказательства:
- Наличия вреда и его размера (п. 2 ст. 15 ГК);
- Того, что вред причинен в результате использования технологии на основе AI (причинно-следственная связь);
- Подтверждающие, что ответчик является разработчиком, поставщиком технологии на основе AI либо исполнителем услуги с использованием этой технологии, причинившей вред.
По той причине, что вред в рассматриваемой ситуации подлежит возмещению на общих основаниях, ответчик может быть освобожден от ответственности, если докажет, что ущерб возник не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК). Однако, бремя доказывания отсутствия вины будет возложено именно на ответчика, и вина в нарушении обязательства или в причинении вреда – при условии доказанности истцом названых обстоятельств – будет предполагаться, пока не доказано обратное (п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).
Подведем итог всему вышесказанному. Передовые технологии искусственного интеллекта постепенно становятся частью повседневной жизни людей, и этой интеграции не стоит опасаться. Зачастую положиться на помощь программы – это проще, быстрее и безопаснее, чем на собственные силы. Пусть возможности «сильнейших» ИИ-систем не пугают людей, нет смысла придумывать для них наказания, негативные эмоции от которых они никогда не смогут испытывать. Законодатель поступает верно, не создавая очередную юридическую фикцию в виде нового субъекта права. Все, на что будет способна машина, закладывается в нее изначально человеком, ошибка системы суть ошибка ее создателя.
