Дошкольный возраст является сензитивным периодом для формирования у ребенка представлений о родителях. Именно в этот период закладываются основы образа родительской роли, который в дальнейшем будет определять не только характер отношений ребенка с близкими взрослыми, но и его собственную будущую родительскую позицию. Как отмечают исследователи, образ будущей родительской роли субъекта начинает формироваться путем переработки образов ролей его родителей, а ядро этого образа, сформированное в детстве, во многом определяет характер собственной роли «родителя» взрослого человека [3].
Несмотря на активное обсуждение в научной литературе феномена современного родительства, исследованию образа родителя в представлениях самих детей уделяется недостаточно внимания. Между тем понимание того, какие психологические механизмы лежат в основе формирования этого образа, имеет ключевое значение для психолого-педагогической работы с семьей и профилактики нарушений детско-родительских отношений. В данной статье предпринята попытка систематизировать теоретические представления о механизмах формирования образа родителя у ребенка дошкольного возраста.
Научение человека, как отмечает Т. И. Пухова [4], осуществляется двумя основными способами: сознательным – путем усвоения вербальной информации, и бессознательным – в виде подражания. Второй способ имеет гораздо больше возможностей, а некоторым вещам вообще можно научиться только подражанием. Л. С. Выготский, на которого ссылается Пухова [4], считал подражание источником возникновения всех специфических человеческих свойств сознания и видов деятельности.
Подражание, или имитация, у детей дошкольного возраста обозначается многими психологами термином «идентификация»; тем самым подчеркивается особая направленность имитационного процесса. Содержание подражания, начиная с трехлетнего возраста, представляет собой моделирование поведения взрослого. Родительское поведение в повседневных бытовых ситуациях наиболее знакомо и доступно детскому подражанию: ребенок наблюдает за тем, как родители удовлетворяют его физиологические потребности – кормят, одевают, укладывают спать, и на основе этих наблюдений выстраивает собственный образ родительских функций [4].
Важно подчеркнуть, что подражание в дошкольном возрасте не является механическим копированием. Ребенок не просто воспроизводит внешние действия взрослого, но через это воспроизведение начинает понимать внутренний смысл родительского поведения, его мотивы и цели. Именно поэтому подражание рассматривается как один из фундаментальных механизмов формирования образа родителя.
Идентификация представляет собой процесс объединения субъектом себя с другим индивидом или группой на основании установившейся эмоциональной связи и вследствие этого включение в свой внутренний мир и принятие как собственных норм, ценностей, образцов данного индивида или группы. В контексте детско-родительских отношений идентификация означает, что ребенок не просто подражает родителю, но эмоционально отождествляет себя с ним, принимает его ценности и модели поведения как свои собственные.
Психоаналитики утверждают, что развитие сверх-Я происходит в процессе идентификации с родителями и интериоризации родительского авторитета. Ребенок в своем развитии движется от принципа удовольствия к принципу реальности, и образование сверх-Я считается решающим прогрессом в социализации. Таким образом, идентификация с родителями является не просто механизмом научения, но и ключевым условием формирования морального сознания ребенка.
Особое значение в дошкольном возрасте приобретает идентификация «с отцовской фигурой». Как показано в исследовании Н. С. Бурлаковой [2, с. 44-55], посредством идентификации с отцовской фигурой изначально агрессивное самоутверждение ребенка получает значимую и социально принятую форму для своего проявления, что знаменует собой важный этап в развитии самоидентичности. Идентификация с отцовской фигурой с присущими ей символическими функциями играет ключевую роль в развитии и становлении самоидентичности ребенка [2, с. 44-55].
В исследованиях, основанных на идеях Л. С. Выготского, подчеркивается, что происхождение отношения ребенка к самому себе выводится из внешне представленных отношений родителей и ребенка (прежде всего, отношения матери к ребенку) с опорой на интроецированный и интериоризированный образ значимого взрослого [3]. Это означает, что идентификация является не изолированным процессом, а частью более широкой системы отношений, в которую включен ребенок.
Интроекция представляет собой примитивную форму идентификации, которая, в отличие от идентификации, не осознается. Интроекция тесно связана с психологическими механизмами проекции и проективной идентификации. Понятие интроекции было введено в психологию психоаналитиком Шандором Ференци.
Интроекция позволяет маленькому ребенку осознавать себя как всемогущего (несмотря на его фактическую беспомощность) за счет «присвоения» себе возможностей и качеств значимых взрослых. Ребенок как бы «вбирает» в себя образ родителя, его качества, способы реагирования, и этот интроецированный образ становится частью его внутреннего мира. В первую очередь, именно от интроекции стабильного хорошего объекта и идентификации с ним зависит способность эго связно воспринимать и интегрировать опыт [2, с. 44-55].
Интериоризация, в отличие от интроекции, предполагает более осознанное и активное присвоение социального опыта. В культурно-исторической психологии Л. С. Выготского интериоризация рассматривается как механизм перехода внешних, социальных форм деятельности во внутренний план сознания. В контексте формирования образа родителя интериоризация означает, что внешние образцы родительского поведения, наблюдаемые ребенком, постепенно становятся его внутренними ориентирами, регуляторами его собственного поведения и отношения к себе [4].
Проекция – это психологический механизм, посредством которого человек приписывает другим людям собственные неосознаваемые чувства, желания и качества. В детско-родительских отношениях проекция работает в обоих направлениях: родители проецируют на ребенка свои ожидания и страхи, а ребенок, в свою очередь, проецирует на родителей свои внутренние конфликты и переживания.
Развитие «Я» представляет собой постоянный процесс проекции и интроекции (проективной идентификации и интроекции) [2, с. 44-55]. Первоначально ребенок взаимодействует с матерью (с материнской фигурой, с грудью), на первых порах безлично и для него на этой фазе важна функциональная доступность. Однако по мере развития ребенок начинает наделять родителей своими собственными чувствами и фантазиями, что существенно влияет на формирование их образа в сознании ребенка.
Проекция позволяет ребенку справляться с тревогой и неопределенностью: приписывая родителям определенные качества (например, строгость или всеведение), ребенок создает более предсказуемую и понятную картину мира. В то же время проекция может приводить к искажениям в восприятии образа родителя, особенно если ребенок испытывает сильные негативные эмоции.
Формирование образа родителя у ребенка дошкольного возраста представляет собой динамический процесс, имеющий свою возрастную специфику. Как отмечают Е. Н. Васильева и А. В. Щербаков [3], представленная модель формирования образа родительской роли в онтогенезе включает в себя этапы, возрастные границы, доминанту образа, а также механизмы и условия его адекватного формирования.
В младшем дошкольном возрасте (3-4 года) доминирующим механизмом является подражание и начальные формы идентификации. Ребенок копирует внешние паттерны поведения родителей, прежде всего в бытовых ситуациях. Идентификация с отцовской фигурой в этом возрасте только начинает оформляться [2, с. 44-55].
В старшем дошкольном возрасте (5–7 лет) образ родителя становится более дифференцированным и эмоционально насыщенным. Исследования показывают, что представления детей старшего дошкольного возраста о родителях в целом характеризуются эмоционально положительным отношением к отцу и матери [1]. Ожидания детей от родителей связаны с участием родителей в совместной с ними деятельности (игры, прогулки), а также с проявлением родителями положительных эмоций и чувств. В то же время в ассоциациях детей практически не просматривается опыт взаимодействия с родителями на фоне реализации ведущего вида деятельности ребенка дошкольного возраста – игры [1]. Опасения детей, связанные с родителями, характеризуются страхом эмоционального отвержения со стороны родителей [1].
Таким образом, к концу дошкольного возраста образ родителя приобретает целостность и эмоциональную определенность, что создает основу для дальнейшего развития самосознания и формирования собственной родительской позиции в будущем [3].
Формирование образа родителя у ребенка дошкольного возраста представляет собой сложный многоуровневый процесс, в котором задействованы различные психологические механизмы: подражание (имитация), идентификация, интроекция, интериоризация и проекция. Каждый из этих механизмов выполняет свою специфическую функцию в процессе присвоения ребенком родительских образцов и построения внутренней модели детско-родительских отношений.
Подражание обеспечивает первоначальное знакомство с внешними паттернами родительского поведения; идентификация позволяет эмоционально отождествить себя с родителем и принять его ценности; интроекция создает основу для бессознательного «вбирания» родительских качеств; интериоризация переводит внешние образцы во внутренний план сознания; проекция наделяет образ родителя дополнительными смыслами, отражающими собственные переживания ребенка.
Понимание этих механизмов имеет важное практическое значение для психолого-педагогической работы с семьей. Как отмечают исследователи [3], система психолого-педагогической работы с родителями должна предполагать информирование о влиянии детско-родительских отношений на психическое и личностное развитие ребенка дошкольного возраста, формирование позиции эмоционального принятия по отношению к ребенку и обучение эффективным способам взаимодействия. Только при учете всех психологических механизмов формирования образа родителя возможно создание условий для гармоничного развития личности ребенка и построения здоровых детско-родительских отношений.
