Институт материальной консолидации при банкротстве предпринимательской группы

Существенный удельный вес предпринимательских групп на рынке является характерной чертой экономик развитых государств. В настоящее время ограниченная ответственность юридического лица, являющаяся краеугольным принципом корпоративного права, вышла за рамки своей первоначальной задачи – оградить конечного инвестора от долгов предприятия. Ограниченная ответственность способствует приобретению крупными холдингами возможности предотвращать привлечение материнской компании (держателя основных активов) к ответственности с помощью искусственного дробления бизнеса на дочерние предприятия, обладающие корпоративной автономией лишь номинально. В контексте регулирования несостоятельности существование групп компаний поднимает вопрос о возможности внедрения правил об их консолидированном банкротстве.

Материальная консолидация (substantive consolidation) представляет собой объединение конкурсных масс нескольких юридических лиц и рассмотрение их в качестве единого предприятия в целях проведения их совместного банкротства [9, с. 208]. Допустимость применения данного института вызывает множество дискуссий, так как материальная консолидация противостоит принципам автономии и ограниченной ответственности юридического лица. Распространение данный институт получил в США, при этом материальная консолидация напрямую не урегулирована в Bankruptcy Code [2], а развивается в практике судов.

Анализ американской судебной практики позволяет сформировать представление об условиях применения данного института. На основании обобщения основных судебных решений по рассматриваемой теме можно заключить, что ключевыми факторами, лежащими в основе решения о консолидации, являются:

1. Субъективные факторы (т. е. ожидания кредиторов, воспринимавших группу компаний в качестве единого экономического субъекта) [4];
2. Объективные факторы (корпоративная структура, степень переплетения активов внутри группы, смешение бизнес-функций компаний) [5, 6].

Решение о консолидации принимается, если ущерб от сегрегированного банкротства превысит ущерб отдельным кредиторам от консолидации, т. е. если разделение наносит значительный ущерб всем кредиторам ввиду смешения имущества компаний [3].

Рассматриваемый институт является спорным, что отмечалось и российскими специалистами при рассмотрении предложений о внесении изменений в законодательство о банкротстве в части внедрения консолидации (причем не только наиболее радикальной, материальной, ее формы, но и процессуальной консолидации). Аргументы противников сводятся преимущественно к следующим тезисам:

1. Консолидация противоречит принципам автономии, ограниченной ответственности и имущественной обособленности юридических лиц. В противовес данному тезису высказываются позиции о том, что распространение норм об ограниченной ответственности на корпоративные группы является «исторической случайностью» [7, с. 605], так как экономический анализ деятельности материнской и дочерних компаний часто приводит к выводу о том, что фактически они представляют единый сложноструктурированный бизнес (на такие случаи указывает и Верховный Суд РФ, установивший «крайнюю запутанность в делах компании», которая препятствует представлению участников группы в качестве самостоятельных коммерческих единиц [1]).
2. Нарушение ожиданий кредиторов, а также правовая неопределенность, возникающая вследствие того, что кредитор не может быть уверен, что его требование не консолидируют с требованиями иных кредиторов. Данный аргумент во многом входит в противоречие с экономическими реалиями: зачастую контрагент, вступающий в отношения с предпринимательской группой, полагается на платежеспособность всей группы, а не отдельных ее членов [8, с. 641]; следовательно, при материальной консолидации разумные ожидания кредиторов не нарушаются. Более того, как отмечалось ранее, суды обязаны учитывать субъективный фактор при принятии решения о консолидации.
3. Дискриминация отдельных кредиторов. После консолидации зачастую происходит ущемление прав одной группы кредиторов в пользу другой (более состоятельный должник вынужден «делиться» с менее состоятельными) [10, с. 87]. Однако в случаях, когда переплетение активов компаний настолько значительно, что обусловливает необходимость консолидированного банкротства, сегрегированное банкротство кратно увеличивает издержки (например, в части затрат на оспаривание сделок, совершенных между членами группы). Исключение сопутствующих раздельному банкротству расходов приведет к увеличению размера удовлетворенных требований всех кредиторов.

Главными преимуществами консолидированного банкротства предпринимательской группы являются прекращение внутригрупповых обязательств и конвертация обязательств с множественностью должников в единое обязательство, что позволяет достичь справедливого распределения активов группы при удовлетворении требований кредиторов, а также уменьшение затрат, сопутствующих сегрегированному банкротству. В связи с этим можно сделать вывод о назревшей необходимости разработки критериев, позволяющих внедрить в российское право институт материальной консолидации в целях повышения эффективности процесса банкротства групп компаний. Однако применение данного института сопряжено с существенными рисками, которые необходимо тщательно анализировать при разработке законодательных основ консолидированного банкротства.