Взаимодействие искусственного интеллекта и автоматизированного механизма смарт-контрактов в системе договорных обязательств

Существующие традиционные системы участия субъектов договорных обязательств складываются на основе участия как самих агентов, так и третьих лиц. Они основываются на взаимодействии с различным коммерческими организациями и государственными органами, позволяющими в режиме реального времени отслеживать исполнение условий договора. Однако проведение таких процедур может с одной стороны занимать продолжительное время, например необходимость предоставления доказательств нарушения контролирующей стороне. С другой стороны, всегда существует возможность выявить допущенное нарушения несоблюдения условий и произвести восстановление нарушенного права. Существование информационных систем на основе технологии блокчейна позволяет решить сразу комплекс проблем, возникающих в связи с ожиданием подтверждения несоблюдения условий договора. Внедрение умных контрактов даёт возможность существования закрытой от посторонних лиц системы, где происходит взаимодействие только между двумя субъектами, например продавец и покупатель. Такое исключение из общей традиционной системы не предполагает наличие неопределенности по существу заключаемого соглашения, вместо привычных правовых норм используется программный код. Исполнение предусмотренного результата сделки ставится в зависимость от компьютерных математических моделей, где преобладает простая конструкция в виде исполнения необходимого условия, и наступления последствия. Использование такой технологии на основе записей блокчейна не ограничивается наличием одного определенного условия, их может быть несколько и все они ставятся в зависимость от действий самих контрагентов. Изменение же такой информационной конструкции или же наличие возможности совершить действия, нарушающие права другой стороны, минимальны, поскольку они не закреплены в виде доступного бумажного юридического документа. Неисполнения хотя бы одного из условий влечет не просто наступления последствий для другой стороны, которые еще в целом могут быть признаны недействительными или же вообще не наступят никогда ввиду судебного оспаривания. Можно привести пример в этом случае введения крупными корпорациями системы смарт-контрактов в сфере логистики. Отправление и движение товаров отслеживается самой информационной системой, отсутствие поставки товара для заказчика написанного в виде программного кода как необходимого условия повлечет списание безналичных денежных средств со счета поставщика. Это один из примеров иллюстрации точности такого контракта, который существует в относительно изолированной системе, ставя при этом достаточно справедливые условия, экономя в первую очередь время самих участников. Понятие категории смарт-контракт не имеет официального закрепления в нормативных актах законодательных органов, однако оно встречается и в научной, и в повседневной деятельности. Например, упоминание смарт-контрактов встречается в решениях судов, так в деле № А40-22612/22-131-226 данные сервиса мониторинга грузовых перевозок использовалось в качестве доказательства простоя вагонов.

Развитие искусственного интеллекта ввиду глобализации мировых процессов предопределяет развитие всех отраслей в целом, начиная от крупных производств и заканчивая совершенствованием информационным систем, включая сюда базы данных. Внедрение в систему смарт-контрактов, состоящую из условия и определенного результата, более гибкого и способного приспосабливаться к изменяющимся условиям ассистента позволяет более комплексно подходить к рассмотрению договорных обязательств. Однако сразу необходимо задаться вопросом распределения ответственности в случае произошедшего сбоя в такой системе. Так, Подузова Е. Б. не наделяет искусственный интеллект самостоятельной правоспособностью и соответственно не предоставляется возможным то, что именно он возьмет на себя самостоятельно гражданско-правовую ответственность [3, с. 211]. Традиционная система смарт-контрактов в большей степени характеризуется закрытостью, поскольку состоит из заранее набранных алгоритмов не способных рационально оценивать изменяющиеся категории рынка. Синтез с искусственным интеллектом позволит более гибко подходить к этому вопросу, поскольку его действие не носит шаблонный характер, современные модели обладают способностью самообучаться и находить отклонения от заданных процессов быстрее, чем с этим справился кто-либо другой. Также стоит сказать про то, что заданным статичным компьютерным программам затруднительная обработка в режиме реального времени и чаще всего они действуют только по заданной траектории. В то время как способность искусственной модели отслеживать рыночные изменении в виде изменения курса валют, нововведений законодательства, а также вопросов, связанных с запросом данных и их структуризацией в системе, продвинет развитие смарт-контрактов на новый уровень.

Перевод смарт-контрактов из статичной системы в динамично развивающуюся занимает центральное положение, поскольку набранные условия в программном коде не могут учитывать внешнее воздействие на структуру договорных отношений. Также нерешенным остается вопрос того, кто будет переводить юридические формулировки в программный код, поскольку не каждый юрист обладает знаниями в сфере программирования. Этим видом деятельности в целом может заняться сам искусственный интеллект, однако это должна быть очень продвинутая система в то же время подконтрольная человеку. Вариативность действий сторон договора также в случае наличия интеллектуального помощника претерпит изменения, поскольку будут учитываться уже не заданные условия, а целая система, состоящая из всевозможных сценариев, позволяющих добиться исполнения условий контракта. Все эти нововведения невозможно представить без взаимодействия искусственного интеллекта с так называемыми агентами из внешнего мира, которые предоставляют данные для отслеживания процента исполнимости заключенного между сторонами смарт-контракта. Искусственный интеллект может работать сразу с несколькими базами данных и сам структурировать значения их них для учета их в системе блокчейна. К тому же если количество необходимых запросов будет превышать те, которые способна обработать самостоятельно компьютерная программа, то для нейросети это не создаст особых сложностей. Они с самого своего начала существования обучаются работать с большим количеством данных одновременно, обеспечивая при этом тотальный мониторинг всех показателей. Некоторые из исследователей отмечают только положительные стороны таких изменений, например, Тюрин А. О. отмечает, что внедрении машинной модели в смарт-контракт «позволяет обеспечить полную прослеживаемость решений, усилить доверие со стороны участников и минимизировать операционные риски» [4, с. 13].

Создавая какую-либо автоматизированную систему самый главным вопросом, остается вопрос ее безопасности и защиты от уязвимости. Смарт-контракт по своей сути является программным кодом, лишенным двусмысленности формулировок, в то время как этим свойством может обладать традиционный письменный договор. Наличие ошибки в таком коде может повлечь за собой многомиллионные убытки, в дополнение также стоит сказать, что проверка наличия таких ошибок долгий и ресурсозатратный процесс. Искусственную модель в эту систему можно адаптировать так, что она будет обучаться на тысячах таких контрактах с целью не допустить наличия алгоритмической ошибки. Хоть и традиционная система смарт-контрактов без дополнительных искусственных помощников закрытая система она все же обладает определенной степенью уязвимости и может предусматривать наличие мошеннических действий со стороны контрагентов. Нейросеть в этом случае может отслеживать не только сопоставление заданных условий и данных из внешнего мира, а также и действия самих субъектов договорного обязательства. В качестве примера можно привести наличие прав администратора или ключей доступа к программному коду с тем, чтобы повлиять на условия договора, в этом случае благодаря полному контролю за обоими участниками можно будет пресекать такое поведение на подготовительной стадии. 

По мнению М. В. Демченко системы искусственного интеллекта могут коренным образом изменить всю существующую систему смарт-контрактов, однако для этого требуется глобальное переосмысление как существующих институтов, так и действующего законодательства [2. с. 3]. Для того, чтобы создать смарт-контракт, извлекающий в виде программного кода условия письменного договора, требуется произвести наличие огромного числа технический действий. В данное время технологии находятся на этапе развития того, что искусственный интеллект поможет выстроить этот диалог между юридическими нормами и программным кодом. Условно этом можно представить, как набор следующих друг за другом действий, где два субъекта обговаривают условия между собой и предоставляют их специальному субъекту, который переносит их в виде программного кода и осуществляет при этом контроль. В итоге получается, что меняется сама природа договорных обязательств, поскольку из жестких требований, запрограммированных в код искусственный интеллект помогает стать гибкой системой. Однако такое прогресс не означает полностью исключение человека из этого цикла, скорее всего можно утверждать, что у него остается вспомогательная роль в виде субъекта, задающего первоначальную задачу. 

Для развития договорного права такое развитие технологий означает пересмотр существующих норм и институтов под тенденции современного мира, где главную роль приобретают технологические революции. Привычные для понимания норм о гражданской правовой ответственности, изложенные в гл. 25 ГК РФ требуют детального переосмысления того, кто из участников правоотношений, сами стороны или же надзорные субъекты будут становиться ее субъектами. В данный момент в этом вопросе, касаемо распределения ответственности в отношениях между создателями и пользователями технологиями нейросетей есть небольшие, но достаточно весомые изменения, принятые совсем недавно законодателем. Так, закон имеющий номер № 243-ФЗ затронул ключевые положение регламентирующие использование современной технологии во всех сферах деятельности, дал начало развития по тем вопросам, которые в настоящее время являются основополагающими. Регулирование норм, касающихся авторства результатов деятельности нейросетей, видимость рядовым пользователям пометок только при наличии определенных обстоятельств, все это в итоге дает хоть какое-то представлении об использовании технологии. Про ответственность за результат деятельности, созданный посредством искусственного интеллекта в исследуемом законе представлено не так много норм, где лишь сказано о об общих принципах разрешения гражданского спора, где за причиненный ущерб будет отвечать создатель, контролируемой им системы. С большей долей вероятности в дальнейшем будут приниматься и другие нормативно-правовые акты, которое будут узконаправленными и регулировать данные правоотношения в связи со спецификой использования.

Можно с уверенностью утверждать, что появление новых способов заключения соглашений открывает новые возможности, поскольку при такой последовательности условия договоров будут становиться точнее, а их исполнение будет укладывать в заранее установленные рамки, не допускающие отклонений. Внедрение систем искусственного интеллекта в структуру договорных обязательств с использованием систем смарт-контрактов является одновременно как стремительно идущим вперед технологическим процессом, а также серьезным шагом для развития науки гражданского права. При внедрении современных информационных технологий в отрасль гражданского права следует придерживать сбалансированного подхода, при котором нельзя допускать избыточного правового регулирования, ограничивающего права пользователей. Главная цель инновационных технологий сводится к тому, что они должны стать удобным помощником для человека и обеспечивать защиту участников экономического оборота.