Главная
Конференции
Обеспечение глобальной конкурентоспособности науки и образования
Практика конституционного суда Российской Федерации по вопросам защиты прав ребе...

Практика конституционного суда Российской Федерации по вопросам защиты прав ребенка: актуальные проблемы

Автор(-ы):

Симушин Сергей Валерьевич

Секция

Юридические науки

Ключевые слова

права ребенка
защита прав ребенка
конституционные права ребенка
конституционное правосудие
правовое государство
социальное государство

Аннотация статьи

Статья посвящена проблемному анализу правовых позиций Конституционного Суда РФ по вопросам защиты прав ребенка. В рамках исследования рассматриваются основные содержательные аспекты данной практики, разбираются отдельные значимые для правоприменения примеры постановлений Конституционного Суда. По итогам работы, автором сформулированы выводы относительно оценки эффективности конституционного правосудия в контексте изученного направления деятельности, а также возможных перспектив совершенствования соответствующей работы.

Текст статьи

Различные аспекты защиты конституционных прав ребенка в России, традиционно выступают предметом ряда исследований в отечественной правовой доктрине. Безусловно, у специалистов не вызывает сомнений значимая роль в данном контексте конституционного правосудия, формирующего общеобязательные правовые позиции. Тем не менее, специальные исследования, посвященные обобщению практики Конституционного Суда РФ в сфере защиты прав ребенка, носят единичный характер или же акцентируют внимание на отдельных, достаточно знаковых для правовой системы и имеющих значительный социальный резонанс актах органа конституционной юстиции. В этой связи, а также с учетом динамизма развития законодательного регулирования прав ребенка и практики применения соответствующих норм, потребности повышения эффективности конституционно-правовых механизмов защиты прав детей, соответствующие вопросы нуждаются в комплексном исследовании.

Прежде всего, охарактеризуем рассматриваемое направление деятельности конституционного правосудия в количественном аспекте. Как отмечают в рамках одного из специализированных исследований по данной тематике М.Г. Казаков и А.П. Сунцов, КС РФ «по состоянию на 29.10.2017 было вынесено 526 постановлений, из которых 29 касались защиты прав ребенка» [1, с. 95]. На указанный момент времени, как известно, Конституционный Суд имел практику работы в 26 лет; т. е., иными словами, в среднем, применительно к рассматриваемой сфере речь идет о вынесении примерно одного постановления в год, а «удельный вес» подобных профильных актов в общем числе постановлений КС составляет около 5,5 %. Хотя эти цифры и крайне абстрактны, очевидно, что они не коррелируют с масштабом спектра спорных ситуаций в сфере защиты прав ребенка в нашей стране (где, отметим, доля несовершеннолетних детей в структуре населения стабильно составляет 18-22 %).

В последние годы количество соответствующих судебных актов – на наш взгляд, все еще сравнительно немногочисленное и в сопоставлении с некоторыми зарубежными аналогами, притом, как государств со стабильными традициями демократической правовой государственности, так и стран, где таковые находятся в процессе формирования (например, соответственно, практикой Верховного Суда США [13, р. 311-315] или ЮАР [14]) – несколько увеличилось (конечно же, в абсолютном выражении, а не в относительном, применительно к соотношению с общим числом постановлений КС). Справедливости ради, отметим, что Верховный Суд США, как и ряд других зарубежных органов конституционного правосудия, существует несравнимо больший период времени, нежели КС РФ (осуществляя функции конституционной юстиции с 1803 г.), и, кроме того, обладает правом истребования к своему производства любого дела, находящегося в производстве любого суда страны, в котором усматривается так называемый «федеральный интерес», что, конечно же, сказывается на количестве решений, так или иначе, затрагивающих права человека в целом и ребенка в частности (однако, признание самостоятельности конституционных прав ребенка в практике американского высшего суда имеет место только с 1967 г.).

Говоря о некоторых знаковых в данной сфере решениях КС РФ последних лет, можно указать, что 20 июня 2018 г. им вынесено постановление № 25-П, которым положения пп. 6 п. 1 ст. 127 СК РФ [8] и п. 2 Перечня заболеваний, при наличии которых лицо не может усыновить (удочерить) ребенка, принять его под опеку (попечительство), взять в приемную или патронатную семью, признаны не соответствующими Конституции РФ [3] в той мере, в какой они, по смыслу, придаваемому судебной практикой, служат основанием для отказа лицу, инфицированному ВИЧ и (или) вирусом гепатита С, в усыновлении (удочерении) ребенка, который в силу уже сложившихся семейных отношений проживает с этим лицом, если из установленных судом обстоятельств, что усыновление позволяет юридически оформить эти отношения и отвечает интересам ребенка [6].

В постановлении от 1 февраля 2019 года № 7-П КС РФ указал, что удержание алиментов с сумм, не являющихся реальным доходом плательщика, означало бы отступление от вытекающего из статей 7 (часть 2), 17 (часть 3) и 38 (часть 2) Конституции РФ требования, конкретизированного в статье 7 СК РФ, согласно которому осуществление членами семьи своих прав и исполнение ими своих обязанностей не должны нарушать права, свободы и законные интересы других членов семьи и иных граждан [7].

Приведенные правовые позиции иллюстрируют различные аспекты деятельности КС РФ в контексте защиты прав ребенка: в первом случае речь идет об оценке положений законодательства на предмет соответствия Конституции РФ, тогда как во втором – о выявлении конституционного-правового смысла рассматриваемых норм права с целью коррекции правоприменительной практики. При этом, вынося акты как одной, так и другой группы, орган конституционной юстиции исходит из принципов государственной поддержки материнства, отцовства и детства; равенства (прав и обязанностей как детей, так и родителей; социального государства.

Отметим, что в действительности спектр вопросов, относящихся к сфере прав ребенка, с которыми заявители обращаются в орган конституционной юстиции, конечно же, намного шире; однако, ряд подобных запросов и жалоб в КС РФ, в силу различных причин, предусмотренных ст. 43 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» [12], не принимается к рассмотрению. Так, к примеру, совсем недавно, 17.12.2020 г., КС РФ в определении № 2866-О [5] отказал в рассмотрении запроса Козловского районного суда Чувашской Республики о проверке конституционности ч. 3 ст. 3 Федерального закона «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» [11]; аналогичного рода определение по жалобе, в рамках которой, среди прочего, оспаривалась конституционность ч. 4 ст. 10 названного закона выносилось и 25.11.2020 [4].

Иными словами, в значительной мере активность КС РФ в данной сфере, как и в других, подразумевая конкретный, а не абстрактный, нормоконтроль, зависит от собственно заявителей, сталкивающихся со спорными правовыми ситуациями. В данном контексте исключительно важным видится некоторое расширение в 2018-20 гг. спектра прав Уполномоченных по правам ребенка, в т. ч., предполагающее и направление предложений субъектам, имеющим непосредственное право на обращение в орган конституционной юстиции, и собственно возможность обращения в защиту прав в рамках предмета своего ведения. Тем не менее, в силу прошествия сравнительно небольшого промежутка времени говорить о кардинальном влиянии упомянутых новелл на практику КС РФ в рассматриваемой сфере пока рано. Остается надеяться, что именно по данной линии будет в дальнейшем осуществляться эффективная практика обращений в КС РФ с тем, чтобы разрешить спорные вопросы правоприменения в сфере прав ребенка, пока остающиеся, по тем или иным причинам, вне поля зрения конституционного правосудия.

Далее, видится необходимым указать основные вопросы, по которым были сформулированы в рассматриваемой сфере правовые позиции КС РФ. В частности, С.А. Теплякова и В.В. Рогова в своей статье указывают на следующие аспекты:

  • выплата алиментов на несовершеннолетнего ребенка;
  • право на сохранение рабочего места за работником, воспитывающего ребенка;
  • обеспечение права на жилище в отношении детей;
  • личные неимущественные права ребенка;
  • получение разрешения на временное проживание или временное убежище в России с целью воспитания детей [9, с. 154-158].

Добавим также, что в последние годы ряд постановлений КС РФ в данной сфере носит не только «гарантийный», но и «охранительный» характер, будучи связан с различными аспектами защиты несовершеннолетних от негативного воздействия, в том числе в информационном пространстве.

Из представленного перечня очевидно, что речь идет как о ряде частных вопросов, затрагивающих отдельные, хотя и исключительно важные, аспекты реализации прав ребенка, так и об общих, касающихся целых групп (видов) прав детей различной природы, а также сопутствующих прав родителей (приведены примеры из сферы как семейного, так и жилищного, трудового права, а также публично-правового регулирования). Так или иначе, очевидно, что современная судебная практика по всем упомянутым вопросам характеризуется значительным количеством спорных ситуаций, что дополнительно подчеркивает важность правовых позиций КС РФ для обеспечения единообразия в правоприменении. К сожалению, обобщения всех решений КС РФ, относящихся к сфере прав ребенка, в рамках отечественной правовой доктрины не проводилось; отсутствует такое предметное обобщение и на сайте органа конституционной юстиции. Думается, что с учетом имеющихся в сфере регулирования прав ребенка многочисленных недостатков, соответствующая систематизация, хотя бы и проведенная на доктринальном уровне, имела бы большое значение для перспективной работы по совершенствованию как законодательства, так и правоприменительной практики.

При этом, стоит сказать, что в перспективе развития практики КС РФ в рассматриваемой сфере сохраняет особую актуальность именно восполнение существующих в настоящее время пробелов в нормативном регулировании прав детей, что опосредовано, в частности, рамочным характером Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» [10] при отсутствии специализированного закона о правах ребенка, потребностями дальнейшей имплементации в отечественном законодательстве положений Конвенции о правах ребенка 1989 г. [2]. И проблема в данном контексте носит не только юридико-технический, формальный, но и содержательный характер. Нужно отметить, в частности, что названная Конвенция в последние годы достаточно активно цитируется в ряде решений КС РФ, например, посвященных алиментным правоотношениям или же социальным и трудовым гарантиям родителям; однако же, применение данных международно-правовых положений пока не сопоставимо по объему с практикой конституционной юстиции ряда государств Западной Европы, а также Австралии, США, ЮАР. При этом, показательно, что соответствующая практика касается, преимущественно, не преодоления коллизий между нормами законодательства РФ и Конвенции, а, прежде всего, сводится к дополнительной правовой аргументации позиции суда в защиту прав и интересов ребенка. В меньшем числе ситуаций констатируется наличие пробела в правовом регулировании, восполняемого посредством задействования смысла соответствующих международно-правовых норм и конституционных положений, но также опосредующего и необходимость внесения законодательных изменений.

Изложенное позволяет сформулировать следующие основные выводы.

Сравнительно-правовой анализ показывает, что с количественной точки зрения активность КС РФ в вопросах принятия постановлений, касающихся защиты прав ребенка можно охарактеризовать как достаточно высокую и стабильную, но, тем не менее, уступающую ряду зарубежных практик (что, впрочем, отчасти опосредовано более давними традициями конституционного правосудия, а также большими возможностями нормоконтроля некоторых соответствующих иностранных органов).

С предметной точки зрения, анализ постановлений КС РФ в рассматриваемой сфере свидетельствует о приоритетном внимании к социальным аспектам прав ребенка и находящихся во взаимосвязи с ними прав родителей. В свою очередь, особенности модели работы КС РФ обуславливают казуальное правоприменение, нацеленное на устранение конкретных нарушений прав ребенка в силу признания неконституционности или идущей вразрез с конституционными и международно-правовыми требованиями пробельности нормативных актов.

Наконец, с позиций дальнейшего совершенствования законодательства и практики его применения в сфере защиты прав ребенка в России, в отношении к изученным вопросам, следует сказать, что особенно важным является обеспечение дальнейшего последовательного и единообразного толкования содержания не только собственно конституционных положений о правах детей, но и в целом, всего «конституционного блока» прав ребенка в правоприменительной практике, в свете чего правовые позиции КС РФ имеют первоочередное значение.

Список литературы

  1. Казаков М.Г., Сунцов А.П. Защита прав ребенка в деятельности Конституционного Суда Российской Федерации // Вопросы российского и международного права. 2018. Том 8. № 1А. С. 92-99.
  2. Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989) (вступила в силу для СССР 15.09.1990). – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_9959/
  3. Конституция Российской Федерации (Принята всенародным голосованием 12.12.1993; с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // Российская газета. 2020. 4 июля. № 144.
  4. Определение Конституционного Суда РФ от 25.11.2020 № 2852-О. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision505744.pdf
  5. Определение Конституционного Суда РФ от 17.12.2020 № 2866-О. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision506973.pdf
  6. Постановление Конституционного Суда РФ от 20.06.2018 № 25-П. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201806220003
  7. Постановление Конституционного Суда РФ от 01.02.2019 № 7-П. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201902050001
  8. Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от 06.02.2020) // СЗ РФ. 1996. № 1. Ст. 16.
  9. Теплякова С.А., Рогова В.В. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по защите прав ребенка // Инновационная наука. 2015. № 12-3. С. 152-160.
  10. Федеральный закон от 24.07.1998 № 124-ФЗ (ред. от 31.07.2020) «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации». – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://docs.cntd.ru/document/901713538/
  11. Федеральный закон от 29.12.2006 № 256-ФЗ (ред. от 22.12.2020) «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» // СЗ РФ, 2007. № 1 (ч. 1). Ст. 19.
  12. Федеральный конституционный закон от 21.07.1994 № 1-ФКЗ (ред. от 09.11.2020) «О Конституционном Суде Российской Федерации» / СЗ РФ. 1994. № 13. Ст. 1447.
  13. Mezey S.G. Constitutional Adjudication of Children's Rights Claims in the United. States Supreme Court, 1953-92 // Family Law Quarterly. Vol. 27, №. 3, Special Symposium Issue on the Rights of Children (Fall 1993), pp. 307-325.
  14. Robinson J.A. Children's rights in the South-African Constitution. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.google.ru/search?q=rights+of+the+child+constitutional+court&newwindow=1&ei=R935X5-PFe3rrgSp7KXACw&start=10&sa=N&ved=2ahUKEwjfzseFpo_uAhXttYsKHSl2CbgQ8tMDegQIExA6&biw=1920&bih=944#

Поделиться

2032

Симушин С. В. Практика конституционного суда Российской Федерации по вопросам защиты прав ребенка: актуальные проблемы // Обеспечение глобальной конкурентоспособности науки и образования : сборник научных трудов по материалам Международной научно-практической конференции 12 апр. 2021г. Белгород : ООО Агентство перспективных научных исследований (АПНИ), 2021. С. 43-48. URL: https://apni.ru/article/2120-praktika-konstitutsionnogo-suda-rf

Похожие статьи

Другие статьи из раздела «Юридические науки»

Все статьи выпуска
Актуальные исследования

#25 (207)

Прием материалов

15 июня - 21 июня

осталось 4 дня

Размещение PDF-версии журнала

26 июня

Размещение электронной версии статьи

сразу после оплаты

Рассылка печатных экземпляров

5 июля