Методы психологической коррекции субъективного благополучия
научный журнал «Актуальные исследования» #1 (4), январь '20

Методы психологической коррекции субъективного благополучия

Статья посвящена докладу Ирины Германовны Малкиной-Пых, на тему: «Методы психологической коррекции субъективного благополучия жизни». Подробно рассматриваются теоретические подходы к изучению уровня субъективного благополучия и модели направленные на его повышение.

Аннотация статьи
модели
теории
субъективное благополучие
позитивная психотерапия
Ключевые слова

Почему встал вопрос о том, что психологическая коррекция уровня субъективного благополучия (УСБ) в принципе возможна. Потому что в начале исследования субъективного благополучия личности говорили о необыкновенной стабильности этого конструкта. Считалось что он не меняется в течении жизни, является наследуемым и зависит от таких признаков как экстраверсия и интроверсия, т.е. даже если какое-то событие уводит человека с его привычного уровня субъективного благополучия, то потом через какое-то время человек все равно к нему возвращается. Но в 1995 году были получены лонгитьюдные результаты исследования Великобритании и Германии в которых было показано, что стабильность уровня субъективного благополучия сильно преувеличена. Примерно у 25% исследуемых людей в течении жизни УСБ меняется, в случаях каких-то серьезных потрясений в первую очередь в семейной жизни и состоянии здоровья. В результате появились первые программы психологической коррекции, которые стали применятся для повышения УСБ. Это стало возможным благодаря нашей модели мира т.к. все мы не живем в реальности, а живем в нашей рабочей модели мира. Модель мира – это жизненное образование, которое формируется у нас, как только мы рождаемся в зависимости от того, как за нами ухаживают. Это доказывает теория родительской привязанности (Джордж Боулби 1969 г, М. Эйнсворт) – безопасный и опасные (тревожно-амбивалентный, избегающий, дезорганизованный). В результате через взаимодействие с матерью у ребенка начинается формироваться модель мира. Соответственно она может быть либо опасная, либо безопасная. Затем ребенок подрастает и включаются более расширенная семья (психосоматогенная). Разные стили бывают по мнению Ирины Малкиной-Пых, но она выделила два ключевых момента которые в себя включают многие другие образцы поведения. Во-первых, это запрет на достижение желаемого и, во-вторых, принуждение к совершению не желаемого. В результате наша модель мира формируется окончательно и практически недоступно для нашего неокортекса (новые области коры головного мозга, у человека составляют основную часть коры), т.к. она формируется в нашей лимбической системе эмоционально. Таким образом модель мира работает на «эмоциональном языке» и когда у нас начинает созревать неокортекс в 5-7 лет, та самая модель остается у нас в процедурной памяти. Это огромный объем информации, который указывает человеку, как и на что нужно реагировать, как вести себя в разных ситуациях. В 1990 году Джефри Янг систематизировал какие бывают ранние дезадаптивные схемы, которые могут возникнуть в результате не безопасного стиля родительской привязанности. Янг выделил 18 схем и сгруппировал в 5 сфер: разрыв и отвержение; нарушение автономии и функционирования; нарушение границ; направленность на другого; сверхбдительность. Если у человека присутствуют какие-то из этих схем, происходит очень сильное искажение реальности, т.к. модель мира не может воспринимать реальность адекватно, она искажает ее в соответствии с этой ранней дезодаптивной схемой. Ирина Малкина-Пых в докладе рассматривает еще одну теорию. Это – «Теория соматических маркеров» (Антонио Дамасио, 1994 г.). В ней говорится о том, что весь наш опыт закодирован в теле. У эмбриона человека идет сначала развитие телесное, двигательное. В соответствии с этими двигательными патерами развиваются различные разделы головного мозга. Весь наш эмоциональный опыт присутствует в теле и когда мы на что-то реагируем, особенно когда мы принимаем решение (глубокая ошибка, что мы принимаем решение нашим логическим мозгом), на самом деле мы принимаем решение по принципу того: «а как я себя буду чувствовать если я сделаю вот это, приму вот это решение». Мы тут же пытаемся опознать с помощью соматического маркера из предыдущей жизни и на основе этого принимаем решение. На основе того, что в нас записано (в лимбической системе), и только потом это можно обосновать логикой и то логики никогда не хватает. Следующая интересная теория – «Теория телесного воплощения» (Л. Барсалу, 1999 г), говорит о том, что благодаря психотерапии, возможно повысить уровень субъективного благополучия. Благодаря тому что наш мозг имеет такое свойство как нейропластичность, логические связи могут перестраиваться под внешним воздействием. Все эти базовые теории привели к тому, что стали активно разрабатываться программы коррекций УСБ. Первые программы коррекции УСБ базировались на основе когнитивно-поведенческой терапии. Мартин Селигман в 1995г в своей программе коррекции УСБ выяснил, что если человек с низким уровнем СБ будет постоянно вести себя как человек у которого этот уровень высокий, то по истечению времени УСБ тоже повысится (поведенческая терапия). Отличную психотерапию на повышение УСБ разработал Джовани Фава в 1999 году. В рамках этой терапии мишенью является повышение уровня психологического благополучия в шести сферах (самопринятие, позитивные отношения с окружающими, автономия, управление окружающей средой, цель в жизни и личностный рост) – это модель психологического благополучия Керол Рифф. А также предполагается когнитивное реструктурирование (модификация автоматических и иррациональных убеждений, планирование деятельности, тренинг ассертивности, решение проблем). К работе с СБ активно подключилась когнитивно-поведенческая терапия третей волны: программа снижения стресса на основе осознанности (Джон Кабат-Зинн, 1982-2003г); основанная на осознанности когнитивная терапия (Сегал, 2002 г); терапия принятия ответственности (Т. Хагес, 1999 г), диалектическая поведенческая терапия (М. Линехан, 1993 г). Но в 1995 году Мартин Селигман разразился такой базовой работой под названием: «Позитивная психотерапия». В ней Селигман говорит, что мы не будем заниматься, тем что у человека плохо, а будем сосредотачиваться на позитивных сторонах. Им были разработаны модели психотерапии СБ: позитивные психологические интервенции (ППИ) – волевая активность, направленная на развитие позитивных эмоций, поведения и мышления (С. Любомирски, 2009 г), основаны на позитивных чертах характера (сильных сторон); классификация из 24 черт, разделенных на шесть добродетелей (мудрость/познание, смелость, гуманность, социальность, умеренность, духовность) (С. Петерсон, М. Селигман, 2004 г)

Модели ППИ: Позитивна психотерапия; психотерапия мудростью; интервенции благородностью; позитивный коучинг; подходы на основе сильных сторон; терапия надеждой; терапия прощением.

Эта волна пошла очень активно и психологи, которые использовали ее в коррекции уровня СБ утверждали о высоких результатах. Роберт Коминс с коллегами решили проверить достоверность позитивных интервенций. В результате выяснили, что в среднем у людей в нормальной жизни (без экстрима) уровень СБ достаточно высок, по сто бальной шкале находится на отметке семьдесят пять, и если у человека такой УСБ, то никакие интервенции не увеличат его. Но если у пациента УСБ примерно на отметке пятьдесят, то позитивные интервенции могут быть вполне эффективны и смогут повысить его до семидесяти пяти.

К изменению УСБ проявляют интерес телесно-ориентированные психотерапевты и психологи. Например: в 1985 году Розенберг предложил свою интегративной телесной терапии, которая включает в себя: теория объектных отношений, теория стилей родительской привязанности, когнитивно-поведенческая, гештальт, техники Александера, биоэнергетика, йога, дыхательные техники Райха, медитация, трансперсональная психотерапия.

В завершении статьи хотелось отметить большую перспективу в изучении и применении позитивной психотерапии, в особенности телесно-ориентированную терапию. Как считает Ирина Малкина-Пых: «Какое тело – такие и мозги», дело в том, сколько у человека двигательных паттернов, столько у него и ментальных стратегий.

Текст статьи
  1. Малкина-Пых И.Г. Психологические корреляты субъективного благополучия в российской выборке. Современные исследования российского общества. Коллективная монография. - Хельсинки: Вниграфия-2014. - С. 185-199.
  2. Малкина-Пых И.Г. Прогнозирование и повышение субъективного благополучия: модель функции ответа и ритмическая двигательная терапия // arXiv: 1507.01891 [q-bio. NC] 2015.
  3. Головаха Е.И., Панина Н.В. Интегральный индекс соц. самочувствия (ИИСС): конструирование и применение социологического теста в массовых опросах. Киев: Институт социологии НАН Украины, 1997.
Список литературы
Ведется прием статей
Прием материалов
c 16 сентября по 30 сентября
Осталось 4 дня до окончания
Препринт статьи — после оплаты
Справка о публикации
БЕСПЛАТНО
Размещение электронной версии
05 октября
Загрузка в elibrary
05 октября
Рассылка печатных экземпляров
09 октября