Землевладельцы в Тверской половине Бежецкой пятины во второй половине XV века
научный журнал «Актуальные исследования» #28 (55), июль '21

Землевладельцы в Тверской половине Бежецкой пятины во второй половине XV века

В статье рассмотрены особенности, уклад землевладельцев в Тверской половине Бежецкой пятины во второй половине XV в.

Аннотация статьи
Бежецкая пятина
Тверская половина
Новгородские земли
землевладельцы
Ключевые слова

Территория Бежецкой пятины Новгородской земли в XV-XVII вв. – одна из наименее изученных в историко-географическом отношении территорий Новгородской земли.

Бежецкая пятина является восточной пятиной Новгородской земли, центр которой располагался на территории современной Тверской области (ее северо-западная часть) и прилегающих территориях Новгородской и Вологодской областей. С XVI века делилась на Белозерскую и Тверскую половины, а также на погосты. Упразднена с введением губерний в XVIII веке.

Новгородская земля была разделена на пятины Иваном III. Бежецкая пятина – единственная, которая начиналась не у стен Новгорода, а в стороне, к востоку от города. Она разделялась на податные круга, называвшиеся погостами и управлялась посылаемыми из Новгорода должностными лицами. По достоверным правительственным свидетельствам, разделение Новгородской земли на пятины: Вотскую, Шелонскую, Обонежскую, Деревскую и Бежецкую, появляется после 1477 года.

О характере землевладения в Новгородской земле писали неоднократно, основываясь главным образом на таком непревзойденном по своей полноте источнике, какими являются новгородские писцовые книги. Присоединение Великого Новгорода к России вызвало громадное перемены в землевладении Новгородской земли. Вопрос о передачи многих владычных и монастырских земель во владение великого князя неоднократно обсуждался во время переговоров новгородцев с Иваном III в 1478 г. В писцовых книгах указываются волости, села и деревни, принадлежавшие ранее монастырям, а позже сделавшие черными [23, с.287]. Обычно такие земли в писцовых книгах именуются землями великого князя иногда с указанием бывших владельцев того или иного погоста, например: «великого князя волость, что была Юрьева монастыря», «на погосте великого князя Ивановские Захарьина да что были Пречистые Деревяницкого монастыря» и т. д.

Кроме владычных и монастырских земель к великому князю перешли многие боярские вотчины, сохранявшие в конце XV – начале XVI в. наименования своих старых владельцев. В позднейших писцовых книгах прежние владельцы этих погостов, бояре времен новгородской самостоятельности, уже не упоминаются.

Особенностью Новгородской земли являлось существование в ней земцев и своеземцев. По мнению А.А. Селина, поместья своеземцев, которые иногда именуются «земецкими» являются остатками прежнего феодального землевладения в Новгородской земле. Своеземец представлял собой человека, который не связан был с обычной государевой службой, вследствие чего писцы и отписали у него землю. После присоединения Новгорода к Московскому княжеству своеземцы или земцы постепенно становятся служилыми людьми великого князя. Среди них были, конечно, и слуги, или послужильцы, новгородских бояр [21, с.231-237].

Таким образом, Новгородская земля, сохраняя остатки архиепископских и монастырских вотчин, сделалась в основном районом мелкого поместного землевладения. Различного рода документы об отдаче («отделе») поместий в большом количестве сохранились до нашего времени. Они позволяют проследить переход земель из одних рук в другие, а также установить, при каких условиях происходил такой переход. Обычно сведения о поместьях давали соседние боярские дети вместе с приходским священником с указанием на старого и нового помещика. Например, «князя Приимкова в животе не стало и жены и детей у него не осталось, а поместье его в роздачу дано князю Тимофею Оболенскому».

При вводе нового помещика во владение землей ему давалась ввозная грамота, составлявшаяся по определенному формуляру. Земля передавалась в поместье с перечислением тех крестьян, которые на ней жили [23, с.289].

Остатки новгородской обособленности тщательно сохранялись среди новгородских дворян по крайней мере до 1570 г. Ведь если владения новгородских бояр были ликвидированы, то многие более мелкие новгородские землевладельцы сохранили свои земли. К тому же и волостях, отобранных у новгородских бояр, сохранились прежние порядки, что ясно вытекает из пересчета старого дохода на новый в писцовых книгах.

Крупное феодальное землевладение в Новгородской земле XVI в. в основном было церковным и монастырским. Крупнейшим вотчинником являлся новгородский архиерей. Софийскому дому принадлежали погосты и деревни во всех новгородских пятинах [9].

Значительные земельные владения принадлежали крупным и мелким монастырям Новгородской земли. Знаменитейшие из них, Юрьев, Антониев, Хутынский, были сосредоточены в окрестностях самого Новгорода. В XVI столетии земельные владения новгородских монастырей сильно убавились по сравнению со временем новгородской самостоятельности [23, с.290].

Историография исследуемой темы достаточно обширна. В ней можно выделить несколько направлений. Прежде всего, это работы, посвященные истории боярской аристократии в России. К ним относятся исследования А.А. Зимина, Б.В. Кобрина, М.М. Бенцианова.

Монография А.А. Зимина «Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV – первой трети XVI в.» [11] посвящена одной из важнейших проблем отечественной истории эпохи образования и укрепления единого Русского государства. Автор анализирует формирование состава Боярской думы – высшего правительственного органа государства XV-XVII вв. В исследовании рассматриваются складывание Боярской думы во второй половине XV – первой трети XVI в. из разных слоев феодальной аристократии и постепенный переход князей на положение бояр. Автор прослеживает генеалогию боярских родов, биографии, службы и землевладение каждого из бояр и окольничих и их однородцев, давая читателю научно выверенный материал о множестве исторических лиц, сыгравших определяющую роль в создании и развитии единого государства в России, – полководцах, дипломатах, землевладельцах, государственных деятелях и др.

Монография Б.В. Кобрина «Власть и собственность в средневековой России (XV-XVI вв.)» посвящена проблеме государства и класса феодалов в переломную эпоху, когда из отдельных феодальных княжеств рождалось мощное единое Русское государство [14]. Исследуются отношение феодалов к централизации страны, экономические основы позиции разных групп господствующего класса, изменения в их положении.

В работе В.Б. Кобрина «Материалы генеалогии княжеско-боярской аристократии XV-XVI вв.» в виде аннотированных генеалогических таблиц представлены материалы по важнейшим боярским родам. Методика составления родословных росписей выработана автором в ходе исследования класса служилых землевладельцев, изучение которых опирается на огромный фактический материал [15].

При написании данной работы я опиралась на статью М.М. Бенцианова «Формирование поместной системы в новгородской земле в конце XV в.», где он пишет о появлении поместной системы, приобретшей общегосударственное значение [23, с.241-277]. Помимо Новгородской земли, где поместные раздачи имели массовый характер, поместья появились и в других частях страны. Поместная служба знаменовала собой своеобразный договор между государственной властью и массой лиц, задействованных в службе.

Другим направлением в историографии является изучение истории Новгородской боярской республики, ее исторической географии, политического и экономического развития в эпоху средневековья.

К.А. Неволин в исследовании «О пятинах и погостах Новгородских в XVI веке, с приложением карты» опирался на 18 писцовых книг, относящихся к области Новгородских пятин (Вотской, Деревской и других) [18]. Результатом исследования стала впервые составленная карта Новгородской земли XVI в. К.А. Неволин определил местонахождение центров погостов Бежецкой пятины, но не занимался локализацией землевладений.

Основное внимание истории средневековой Новгородской земли уделено в трудах В.Л. Янина. В работе «Новгородская феодальная вотчина: (Историко-генеалогическое исследование)» исследуются становление и развитие крупного землевладения в Новгородской земле XII-XV вв. [25] Впервые в широком масштабе осуществлено сопоставление данных писцовых книг конца XV в. с актовыми материалами XII-XV вв., позволившее провести реконструкцию землевладельческих родословий по судьбе наследственных вотчин и восстановление истории вотчинных владений наряду с родословиями.

В «Очерках истории средневекового Новгорода» В.Л. Янин раскрывает результаты комплексного историко-археологического исследования новгородской земли [26]. Масштабные археологические исследования Новгорода в последние десятилетия многократно умножили сумму источников по истории этого города и государства. Открытие берестяных грамот, число которых сегодня приближается к 1000, позволило услышать голоса новгородцев, живших в XI–XV столетиях, и решить многие проблемы, считавшиеся раньше спорными. Стал понятным механизм возникновения новгородского боярства и боярского землевладения. Выяснены этапы формирования республиканских органов управления государством. Обозначилась роль Новгорода в системе европейских торговых и культурных связей. Максимально уточнилась роль приглашаемого в Новгород князя, деятельность которого была резко ограничена. Вместе с тем сделался понятным кризис вечевого строя, наступивший во второй половине XV века, когда приобщение к власти боярства в целом привело новгородское общество к разочарованию в справедливости боярской власти, что максимально облегчило для Ивана III задачу присоединения Новгорода к Москве. Эта акция стала основой возникновения Российского государства. Этим и другим проблемам посвящена данная книга.

В приложении к изданию Новгородских писцовых книг имеется перечень сведенных Иваном III со своих земель новгородских землевладельцев, составленный Л.А. Бассалыго [5, с.204-340].

В статье А.А. Фролова «Территориально-административная система сельских территорий новгородской земли в X–XVII веках» представлена обобщённая характеристика административно-территориальной системы сельских районов Новгородской земли до правления Петра I [24]. Исследователь показывает, что в домосковский период в Новгородской земле имелись различные виды территориально-административного деления, имевшие разное назначение: церковные десятины, волостки. В московский период сформировались погосты-округа на основе старого церковного деления.

В монографии М.Н. Тихомирова «Россия в XVI столетии» представлен историко-географический обзор России в XVI веке: первостепенное внимание уделено экономике, торговле, сельскому хозяйству и земледелию, а также процессам крестьянской колонизации окраин государства [23]. Имеется раздел, посвященный Новгородской земле и отдельным пятинам. Характеризуются природные ресурсы, развитие сельского хозяйства и ремесла, социальный состав населения.

Территория собственно Бежецкой пятины XVI-XVII вв. рассматривалась в контексте аграрной истории России и развития поместного землевладения Г.В. Абрамовичем [1]. Исследователь привел обширные статистические сведения по данному региону на основании изучения писцовых, дозорных книг конца XV – XVI в., книг дворцовых волостей 1613 г.

Итак, теме истории Новгородской земли и новгородского боярства посвящено достаточно много исследований. В то же время, работ, посвященных землевладельцам и землевладению новгородского боярства в Бежецкой пятине на сегодняшний момент нет. Не изучался состав землевладельцев Бежецкой пятины, размещение владений, их размеры и доходность.

Основным источником дипломной работы является писцовая книга Тверской половины Бежецкой пятины 1545 г. [13] Она содержит сведения о землевладельцах – новгородских боярах – в Бежецкой пятине в домосковский период.

Привлекались также сведения писцового описания Бежецкой пятины Новгородской земли 1501 г., в котором сохранилась характеристика владений Марфы Исаковой в Васильевском Кострицком погосте Бежецкой пятины [12].

Карты с центрами приходов Тверской половины Бежецкой пятины включены в издание приходной книги Новгородского Дома Святой Софии («Книга записей Софийской пошлины») 1576/77 г., подготовленное А.А. Фроловым и И.Ю. Анкудиновым [19]. Ситуация, отраженная в «Книге записей Софийской пошлины», датируется А.А. Фроловым не позднее последней четверти XV в., что позволяет использовать данный источник для сравнительного анализа с данными писцовой книги.

Цель статьи – охарактеризовать землевладельцев в Тверской половине Бежецкой пятины во второй половине XV в.

При изучении данной темы ставятся следующие задачи:

  1. дать характеристику Бежецкой пятине как одной из крупных территориально – административных единиц в XV веке;
  2. дать характеристику землевладельцам в Бежецкой пятине в XV в.;
  3. охарактеризовать размеры землевладений новгородского боярства в Бежецкой пятине.

Состав землевладельцев Бежецкой пятины XV-XVI вв. изучали В.Л. Янин [25], Л.А. Бассалыго [5, с.204-340], М.М. Бенцианов [6, с.241-277]. В работе Л.А. Бассалыго представлен реестр бояр Новгородской земли, сведенных в ходе включения данной территории в состав Московского царства. Реестр также включает названия погостов, в котором находятся владения этих лиц [5, с.204-340].

Структура писцовой книги 1545 г. позволяет выделить три группы землевладельцев Тверской половины Бежецкой пятины:

  • представители новгородского боярства и духовенства, последние владельцы земли накануне или вскоре после вхождения Новгородской республики в состав Московского государства (им соответствуют территории волостей);
  • представители служилого класса, получившие землю после 1478 г. – в начале XVI в. после конфискаций земли у новгородских землевладельцев великим князем московским;
  • владельцы поместий на момент описания начала 1540-х гг.; как правило, это потомки предшественников.

Среди землевладельцев первой группы (новгородских) – представители крупного новгородского боярства: Есиповы, Овиновы, Лошинские, Грузовы, Посохновы, Юрьевы, Доможировы, Скомантовы и др.; новгородские монастыри (Аркажский и Спасский Хутынский) и архиепископ новгородский. В общей сложности насчитывается 124 землевладения новгородцев по данным книги 1545 г. (см. табл.).

Среди наиболее известных новгородских бояр можно выделить следующие роды: Овиновы, Есиповы, Грузовы, Доможировы, Юрьевы.

Овиновы – древний русский (новгородский) боярский, дворянский и посадничий род, принадлежавший к одному из самых влиятельных семейств Великого Новгорода и игравший в его судьбе заметную роль. Авиновы (Овиновы) происходят от новгородского боярина Иоанна Овина, который построил в XIV в. храм в Успенском монастыре (ныне Паисиевский монастырь в городе Галич Костромской). Особенно заметны его потомки стали на протяжении XV века. Так, посадник Григорий Кириллович Авинов в 1417 г. активно действовал против разбойников в городе Устюге. Он же в Новгороде в 1433 г. возвёл каменную церковь Святого Иоанна Златоуста. В 1435 г. он руководил новгородским войском в Ржевской волости, а в 1436 г. заключил мир с великим князем литовским Сигизмундом [2]. Далее его сыновья Захарий и Кузьма Авиновы были новгородскими посадниками, которых взбунтовавшийся народ убил в 1477 г. Последовательная родословная Авиновых уже в московское время началась с Андрея Авинова, который был касимовским помещиком в конце XVI – нач. XVII веков. Род Авиновых записан в VI части родословной книги Рязанской губернии [16].

Есиповы – дворянские роды из новгородских бояр [8]. Есип Васильевич, родоначальник, был новгородским боярином, известным под 1435 г., а его сын Василий был посадником и тысяцким; сыновья Богдан и Дмитрий – посадниками, которые владели поместьями в Новгородской области.

Их потомство сохранилось в период Московского государства и разделилось на три ветви. Иван Васильевич, сын боярский, сопровождал в Литву княжну Елену Ивановну. Судак Иванович упомянут (1504), а Верига Иванович (1513). Трое Есиповых владели поместьями в Тверском уезде (1539). Афанасий Фёдорович поручился (1565) по князю В.С. Серебряному. Сын боярский Рязанского владыки, Инозем Тимофеевич и бортник Крюк Есиповы владели поместьями в Рязанском уезде (1567). Опричниками Ивана Грозного (1573) числились Пётр и Смага Есиповы [22]. Третьяк Михайлович владел поместьем в Московском уезде, Борис и Кирей Захарьевичи в Коломенском уезде (1577). Иванис Есипов посланец в Кизилбаши (1608), составлял дозорные книги (1615), владелец поместья в Рязанском уезде (1616). Четверо Есиповых получили вотчины за Московское осадное сидение (1618) [20, с.231-237].

Трое Есиповых участвовали в избрании царя Михаила Федоровича: Иван, дворянин рязанский, Юрий и Ефим дворяне тульские [10]. Род Есиповых внесён в I, II и VI ч. дворянских родословных книг Казанской [3], Московской [17], Симбирской и Тверской губерний. Пять родов Есиповых восходят к XVII в., остальные, числом десять, позднейшего происхождения. 

Грузовы – древний посаднический и боярский род. Родоначальник рода – Евстафий (Остафий). Грузовы владели землями в Обонежской, Шелонской и Деревской пятинах. Афанасий и Кузьма Евстафьевичи были посадниками, Кузьма взят в плен в битве при Шелони (1471). Русин и Афанасий Микулины (Михайловичи) владели поместьями в Тверском уезде (1540), упоминаются в писцовой книге Коломенского и Каширского уездов. Иван Владимирович Груз владел поместьем во Владимирском уезде (1613). Гавриил Фёдорович служил по Атемару в городовых дворянах, постригся (1669). Жильцы Михаил и Данила Гавриловичи владели поместьями в Каширском уезде (1699). Автамон Данилович Грузов владел населённым имением (1699) [20, с.278-279].

Доможировы (Домажировы) – один из древнейших новгородских родов. Иконописец Домажир упомянут в 1230 г., у него был брат Станила. К этому же роду относится новгородский боярин Евстратий (Овстрат), убитый пруссами вместе с сыном Луготою в 1215 г. Новгородец Матвей Константинович Домажиров встречал великого князя Ивана III в Новгороде в 1476 г. Матвей, Фёдор и Михаил Константиновичи владели вотчинами во второй половине XV в. в Деревской, Шелонской и Вотской пятинах. Род сохранился и в период Московского государства. Сын боярский Константин Доможиров был послан гонцом с Камы (1552). Луппа Михайлович служил приказчиком в Нижнем Новгороде (1574). При подаче документов (1686) для внесения рода в Бархатную книгу, была предоставлена родословная роспись Доможировых и жалованные грамоты Ивана IV Грозного: Борису Шихову (Ивановичу) Доможирову на вотчину за осадное сидение (1577), ему же на г. Орлов на Вятке (1583), грамоты царя Михаила Фёдоровича: на вотчины в Нижегородском уезде (1613), а также иные грамоты и наказы (1614-1679) [4]. Род внесён в VI и II части Дворянской родословной книги губерний Московской, Нижегородской, Новгородской, Смоленской, Тамбовской и Тверской. Владели населёнными имениями девятнадцать представителей рода Доможировых (1699) [20, с.86-89]. В XVII в. многие Доможировы были стольниками, воеводами и стряпчими.

Юрьевы – потомки крупнейшего и одного из наиболее влиятельных родов новгородского боярства – Онцифоровичей-Мишиничей. Родоначальник Юрьевых – Юрий Мишинич, который посадником в 1304-1305 гг. [7] В писцовой книге 1545 г. упоминаются Федор и Борис Юрьевы. Борис Юрьев был посадником в 1435-1436 гг.

Из списка новгородских посадников можно узнать о том, кто из бояр - землевладельцев Бежецкой пятины был посадником в 1360 – 1478 гг. Перечислю посадников из числа бояр за XV век. Из рода Есиповых в 1405 – 1406 г. посадником являлся Есиф Захарьинич. Затем – Фома Есифович в 1412 – 1413 гг., Василий Есифович в 1418 - ? гг. Из рода Юрьевых посадником являлся Борис Юрьевич в 1435 - 1436 гг. Затем посадником стал Исак Андреевич (Борецкий) (новгородский посадник, муж знаменитой Марфы-посадницы) в 1438 - 1439 гг.,      Есиф Григорьевич (Посахно или Посохнов) в 1440 - 1441 гг., Есиф Григорьевич (Посохнов) в 1447 - 1448 гг. Из рода Грузовых посадником был Афанасий (Офонас) Остафьевич (Груз) в 1448 г., он же в 1461 г. и он же в 1466 г. [5, с.204-340]

Таким образом, представленные данные показывают, что землевладельцы Бежецкой пятины были представителями крупного новгородского боярства. Среди них есть бояре, занимавшие важнейшие в Новгородской республике должности посадников и тысяцких. Вместе с тем, почти все роды продолжили свое существование в период Московского государства, после присоединения к нему Новгородской земли. Однако никто из землевладельцев Бежецкой пятины не смог сохранить свои владения. Представители этих родов были сведены со своих владений, переселены и получали земельные пожалования от московских государей уже в других частях Московского государства.

Среди землевладельцев второй и третьей групп – князья и дети боярские, служившие московскому великому князю: Мещерские, Пужбольские, Кавские, Черкасские, Загряжские, Кутузовы, Кандауровы, Юреневы, Забелины, Родичевы и др. Среди них – перешедшие на службу в Москву представители аристократии из соседних Тверского княжества (Тверского уезда) и Бежецкого Верха: Дорогобужские, Холмские, Оплечуевы, Волынцовы, Курцовы и др.

По замечанию М.М. Бенцианова, в Бежецкую пятину (возможно, также и в другие пятины) были переселены «почти все, в том числе и мельчайшие, бывшие луховские землевладельцы, получившие поместья в обмен на свои прежние вотчины» [6, с.247]. Исследователь отметил также, что Бежецкой пятины, как и Обонежской, в значительной степени коснулись поместные раздачи и придачи к старым поместьям, которые московское правительство осуществляло на протяжении 30-х гг. XVI в., стремясь добиться лояльности служилой корпорации.

М.М. Бенцианов, опираясь на периодизацию, составленную Г.В. Абрамовичем по данным писцовой книги 1545 г., выделил следующие этапы поместных раздач: 1) 1476-1484 гг.; 2) 1484-1489 гг.; 3) 1489 – конец 90-х гг. XV в.; 4) конец 90-х гг. XV в. – начало XVI в. Соответственно, в это время, по нашим подсчетам, в Тверской половине Бежецкой пятины появилось 324 поместных землевладения. На момент составления описания книги 1545 г. числится уже 489 поместных землевладений (иногда за одним землевладельцем числилось несколько владений в разных погостах) (см. табл.).

Таким образом, новгородское боярство лишалось своих владений в Бежецкой пятины Новгородской земли постепенно. Первые конфискации приходятся уже на 1470-е гг., последние – уже на рубеж XV-XVI вв.

Таблица

Статистическая таблица по данным писцовой книги Тверской половины Бежецкой пятины

погост

Влад1 (кол-во)

Влад2 (вол-во)

Влад3 (кол-во)

села и сельца (кол-во)

Дер (колл-во)

Поч (вол-во)

Всего

нас. п.

Пуст (кол-во)

пунктов на км2

S, км2

1

Никольский на Вышнем Волочке у столпа

6

8

8

1

86

27

113

0

0,2

510

2

Егорьевский Мокрыни

5

4

6

0

57

6

63

4

0,2

410

3

Егорьевский Чудины

3

9

9

0

57

39

96

6

0,3

306

4

Богородицкий в Доре

3

6

6

0

38

7

45

9

0,5

99

5

Богородицкий в Залазне

3

5

4

0

28

32

60

4

0,4

144

6

Никольский в Дорке

2

12

12

3

85

66

151

5

1,4

99

7

Воскресенский в Клину

4

11

9

0

64

50

114

0

1,3

87

8

Ивановский Заручек

2

8

10

1

59

35

94

4

0,8

119

9

Михайловский Трестенский

5

10

21

2

202

125

327

15

0,5

330

10

Никольский Толмачевский

2

4

3

1

94

53

147

3

0,7

210

11

Спасский в Клину

5

16

18

2

128

49

177

9

0,7

240

12

Богородицкий Плавский

1

2

4

0

37

60

97

1

0,4

228

13

Богородицкий в Замутье

1

6

7

1

51

21

72

3

0,3

208

14

Петровский Тихвинский

3

12

18

0

83

33

116

17

0,6

190

15

Осеченский Воскресенский

6

13

12

2

106

52

158

4

0,4

420

16

Осеченский Егорьевский

2

2

2

1

49

4

53

4

1,3

42

17

Никольский Быстрый

2

4

4

1

28

6

34

1

0,4

80

18

Дмитриевский из-за Мсты на виру

1

2

3

0

14

1

15

0,6

1,3

25

19

Спасский Млёвский

2

3

4

1

25

2

27

0

0,3

90

20

Егорьевский Млёвский

10

23

36

1

254

11

265

20

0,5

212+276

21

Никольский Молдинский

5

9

16

1

140

47

187

10

0,7

255

22

Покровский Полянский

1

5

6

1

48

1

49

1

0,7

70

23

Васильевский Кострецкий

5

12

12

2

82

90

172

8

0,2

750

24

Богородицкий Рыбенский

5

6

11

4

169

98

167

27

0,4

390

25

Никольский Ворожебский

3

8

12

0

68

59

127

5

0,7

189

26

Никольский Раевский

2

3

5

1

42

29

71

11

0,5

142

27

Никольский в Поддубье Удомельский

1

1

2

0

9

18

27

1

0,2

206

28

Покровский в Поддубье Удомельский

3

2

4

2

42

33

75

6

0,7

110

29

Богородицкий в Поддубье Удомельский

1

1

2

2

44

8

52

1

0,3

157

30

Никольский Удомельский

1

8

7

0

61

4

65

0

0,2

295

31

Егорьевский Удомельский

1

2

7

0

25

20

45

0

0,2

225

32

Михайловский Костовский

4

9

39

1

256

70

326

8

0,7

460

33

Богородицкий Топалский

1

1

4

1

39

12

52

0

1,3

42

34

Никольский Забережский

2

6

15

1

92

28

120

17

0,5

239

35

Никольский Гостыничи

1

4

12

0

83

19

102

6

0,5

204

36

Никольский Добрынский

1

4

5

0

36

6

42

4

0,2

206

37

Покровский в Мирогожской Дуброве

1

7

8

2

45

37

82

0

0,2

373

38

Покровский в Сорогошине

5

12

23

0

195

99

294

11

0,5

630

39

Егорьевский Удомельский в Илове

2

5

10

0

30

16

46

3

0,3

178

40

Никольский Смердынский

2

6

20

0

141

3

144

5

0,4

380

41

Богородицкий в Волдомице

1

3

3

0

5

0

5

9

0,1

75

42

Богородицкий Павский

2

16

18

4

94

15

109

25

0,1

940

43

Покровский в Слезкине

1

7

9

0

34

1

35

5

0,1

330

44

Спасский в Слезкине

1

9

11

1

56

7

63

7

0,3

190

45

Никольский в Слезкине

1

18

20

1

69

4

73

4

0,5

138

46

Ильинский в Слезкине

1

10

12

0

56

0

56

9

0,4

138

47

Воскресенский в Слезкине

1

2

3

0

17

0

17

2

данные неполные

ИТОГО

124

324

489

41

3466

1403

4869

294

 

11612

Примечание: влад1 – количество землевладений домосковского периода; влад2 – количество землевладений после присоединения Новгорода и началом 1540-х гг.; влад3 – количество землевладений на момент составления описания 1545 г.; S, км2 – площадь, км2.

Текст статьи
  1. Абрамович Г.В. Бежецкая пятина // Аграрная история Север-Запада России. Л., 1971; Абрамович Г.В. Бежецкая пятина // Аграрная история Северо-Запада России XVI века. Л., 1974. С. 184-240.
  2. Авиновы - Овиновы // Русский биографический словарь: в 25 томах. СПб., М., 1896-1918.
  3. Алфавитный список родоначальникам потомственных дворян, внесенных в дворянскую родословную книгу Казанской губернии с 1787 по 1895 г. Казань: Скоропеч. Л.П. Антонова, 1896. С. 29.
  4. Антонов А.В. (составитель) Родословные росписи конца XVII века. - Изд. М.: Рос.гос.арх.древ.актов. Археогр. центр. Вып.6. 1996 г. Доможировы. стр. 148; 360-361.
  5. Бассалыго Л.А. Перечень сведенных новгородских землевладельцев // Писцовые книги Новгородской земли. М., 2009. Т. 6.
  6. Бенцианов М.М. Дети боярские «наугородские помещики». Новгородская служилая корпорация в конце XV – середине XVI в. // Проблемы истории России. Екатеринбург, 2000. Вып. 3.
  7. Буров В.А. О родословии новгородских бояр Мишиничей-Онцифоровичей // Древности славян и Руси. М.: Наука, 1988. С. 119-125.
  8. Вернадский В.Н. Новгород. Новгородская земля в XV веке. М., Изд. Академии наук СССР, 1961. Таблица № 3. С. 54.
  9. Греков Б. Д. Новгородский дом св. Софии, глава VI. Земля святой Софии.
  10. Дворянские роды, внесенные в Общий Гербовник Всероссийской Империи: в 2-х т. / Сост. граф Александр Бобринский. СПб, тип. М. М. Стасюлевича, 1890. Часть I. С. 524-525.
  11. Зимин А.А. Формирование боярской аристократии России во второй половине XV – первой трети XVI в. М.: Наука, 1988. С. 90.
  12. Книга 1501 г. // Новгородские писцовые книги, изданные Императорской археографической комиссией. СПб., 1910. Т. 6: Книги Бежецкой пятины. Стб. 1-34.
  13. Книга 1545 г. // Новгородские писцовые книги, изданные Императорской археографической комиссией. СПб., 1910. Т. 6: Книги Бежецкой пятины. Стб. 35-564.
  14. Кобрин Б.В. Власть и собственность. М.: Мысль, 1985.
  15. Кобрин Б.В. Материалы генеалогии княжеско-боярской аристократии XV-XVI вв. / Вступ. ст. Ю. М. Эскина, А. Л. Юрганова. М.: РГГУ, 1995.
  16. Лихарев М.П. Алфавитный список дворянских родов Рязанской губернии, внесенных в дворянскую родословную книгу по 1-е января 1893 года. Рязань: тип. М.С. Орловой, 1893. 145 с.
  17. Московское дворянство. Алфавитный список дворянских родов с кратким указанием важнейших документов, находящихся в родословных делах Архива Московского Дворянского Депутатского Собрания. М.: Тип. Л.В. Пожидаевой, 1910. С. 150.
  18. Неволин К.А. О пятинах и погостах новгородских в XVI веке, с приложением карты / Записки Императорского русского географического общества. Книжка VIII. СПб., 1853.
  19. Приходная книга новгородского Дома Святой Софии 1576/77 г. («Книга записи софийской пошлины») / сост. И.Ю. Анкудинов, А.А. Фролов. М.; СПБ., 2011.
  20. Савёлов Л.М. Родословные записи Леонида Михайловича Савелова: опыт родословного словаря русского древнего дворянства. М. 1906-1909 г. Изд: Печатня С.П. Яковлева. Вып: № 3.
  21. Селин А.А. Судьбы новгородских своеземцев в XVI–XVII вв.: Заметки по ис­тории судеб потомков землевладельцев республиканского периода // Новгородский исторический сборник. 2003. № 9(19). С. 316-338.
  22. Список опричников Ивана Грозного // Список опричников Ивана Грозного с указанием их служб и «Жалования окладом» в 1573 г. СПб: Изд. Российская национальная библиотека, 2003.
  23. Тихомиров М. Н. Россия в XVI столетии, М., 1962.
  24. Фролов А.А. Территориально-административная система сельских территорий Новгородской земли в X-XVII веках // Вестник Тверского государственного университета. Серия: История. 2009. Вып. 1. С. 79-89.
  25. Янин В.Л. Новгородская феодальная вотчина. М.,1981.
  26. Янин В.Л. Очерки истории средневекового Новгорода. М.: Языки славянских культур, 2008.
Список литературы
Ведется прием статей
Прием материалов
c 24 июля по 30 июля
Осталось 2 дня до окончания
Публикация электронной версии статьи происходит сразу после оплаты
Справка о публикации
сразу после оплаты
Размещение электронной версии журнала
03 августа
Загрузка в eLibrary
03 августа
Рассылка печатных экземпляров
11 августа