научный журнал «Актуальные исследования» #46 (73), ноябрь '21

Особенности субсидиарной ответственности руководителя должника в процессе несостоятельности (банкротства)

В статье исследуются материально-правовые вопросы, возникающие при наступлении субсидиарной ответственности в процессе несостоятельности (банкротства), а именно условия привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника в процессе несостоятельности (банкротства).

Аннотация статьи
кредитор
должник
банкротство (несостоятельность)
закон о банкротстве
контролирующее лицо
субсидиарная ответственность
Ключевые слова

Руководствуясь исследованием правоприменительной практики, следует заключить, что в превалирующем числе случаев к субсидиарной ответственности в процессе несостоятельности (банкротства) привлекается руководитель должника [1]. Число привлечений к субсидиарной ответственности иных лиц, по сравнению с привлечением руководителя, является незначительным. Однако, привлечение к субсидиарной ответственности руководителя должника обладает своими отличительными признаками.

Положения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в действующей редакции предполагают возможность привлечения руководителя организации-должника и других лиц, которые именуются контролирующими, к ответственности следующих видов:

  • субсидиарной ответственности за то, что невозможно полное погашение требований кредиторов (ст. 61.11 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)");
  • субсидиарной ответственности за то, что не было подано (или несвоевременно подано) заявление должника (ст. 61.12 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)");
  • ответственности за нарушение норм банкротного законодательства (ст. 61.13 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)");
  • ответственности за убытки, которые причинены должнику по установленным в корпоративном законодательстве основаниям (ст. 61.20 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" содержит конкретные условия привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника в процессе несостоятельности (банкротства).

Во-первых, требования кредиторов не могут быть удовлетворены в полном объеме за счет имущества должника (ст. 61.11 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Во-вторых, должник не подал или подал несвоевременно заявление о признании банкротом (ст. 61.12 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

В-третьих, руководитель должника допустил нарушения требований ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (ст. 61.12 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

При этом определяющее значение имеют причины возникновения вышеуказанных обстоятельств (действия или бездействие руководителя должника) и временной диапазон их совершения (не позднее 10 лет со дня, когда имели место действия и/или бездействие, которые могут расцениваться как основание субсидиарной ответственности) (п. 5, 6 ст. 61.14 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

В случае если действия (бездействие) руководителя должника не были причиной банкротства должника, руководитель может быть привлечен к ответственности по общим правилам об ответственности за причинение убытков (в соответствии с положениями ст. 53.1 ГК РФ).

Анализ перечисленных выше условий привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника в процессе несостоятельности (банкротства) привожу ниже.

В случае невозможности удовлетворения требований кредиторов в полном объеме за счет имущества должника, руководитель привлекается к субсидиарной ответственности, если наличествует одно из нижеприведенных условий:

1) нарушил принципы добросовестности и разумности в процессе осуществления собственных функций и допустил совершение действий (бездействие), из-за которых:

  • возникли признаки банкротства;
  • было утрачено имущество (активы), способное удовлетворить требования кредиторов.

В данном случае речь может идти о заключении невыгодных для должника сделок либо с контрагентом, заведомо не способным исполнить принятые на себя обязательства, или указании на необходимость совершения компанией операции, носящей явно убыточный характер (п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 53);

2) существенно ухудшил положение организации после появления признаков банкротства. Речь идет о существенном возрастании размера обязательств по отношению к размеру активов в результате действий или бездействия руководителя должника. При оценке таких действий судом в обязательном порядке должно учитываться воздействие на размер обязательств и размер активов внешних факторов (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 53);

3) причинил существенный вред кредиторам совершенной сделкой (одной или несколькими). Такая сделка должна принести должнику существенные убытки. В соответствии с положениями п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 53 к подобного рода сделкам следует отнести крупную сделку, которая была совершена по цене значительно ниже рыночной;

4) не передал арбитражному управляющему документацию должника в полном объеме или передал документы, которые содержат недостоверную информацию, что не позволяет:

  • установить и идентифицировать основные активы должника;
  • установить полный перечень контролирующих должника лиц;
  • установить все сделки, которые были совершены должником в период подозрительности;
  • определить и установить все принятые органами управления должника решения (п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 53);

5) не внес в ЕГРЮЛ или ЕФРСФДЮР информацию, влияющую на проведение процедуры признания несостоятельным (п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 53).

Вторая ситуация, когда возникает основание для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности за неподачу или несвоевременную подачу заявления о признании несостоятельным, может иметь место при наличии определенных факторов, а точнее, при возникновении ситуаций, опосредующих необходимость подачи руководителем должника заявления о признании банкротом в арбитражный суд. В указанном случае руководитель должника обязан в срок, не превышающий один календарный месяц, подать заявление о признании организации банкротом. На руководителя должника законодательством возложена обязанность с учетом масштабов деятельности должника объективно установить наличие у должника обстоятельств, опосредующих обращение в суд с заявлением о банкротстве (п. 1 ст. 61.12 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", п. 8 и 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 53).

Необходимо также учитывать, что само наличие финансовых затруднений должника, которые объективно являются кратковременными и устранимыми, не являются безусловным поводом для обращения в суд с заявлением о признании несостоятельным (п. 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018)).

Следует учитывать и тот факт, что отсутствие у должника материальных средств для финансирования процедуры банкротства не является причиной для исключения ответственности руководителя за неподачу или несвоевременную подачу заявления о признании банкротом (п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 53).

Третья ситуация, связанная с нарушением руководителем требований ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", может возникнуть в результате:

  • подачи руководителем должника заявления о признании банкротом при наличии у должника возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объеме;
  • непринятия мер, направленных на оспаривание необоснованных требований кредиторов, предъявленных как в деле о признании банкротом, так и вне производства по делу о банкротстве до или после его возбуждения (ст. 61.13 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Признаки контролирующего должника лица остались неизменными с момента принятия первого, ныне утратившего силу ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", однако претерпел изменения подход к их установлению. Одной из самых значительных новаций отечественного законодательства в сфере субсидиарной ответственности стало наделение арбитражных судов правом признавать лицо контролирующим должника по иным основаниям (т.е. фактическое расширение перечня признаков контролирующего должника лица).

Анализ правоприменительной практики позволяет выявить следующие сложности с установлением статуса контролирующего лица субъектов субсидиарной ответственности при банкротстве.

Во-первых, существует проблема расширения понятия "руководитель", закрепленного в ст. 2 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Так, суды испытывают затруднения при установлении статуса "руководитель должника", в том числе в части предложения участникам процесса подтвердить данное обстоятельство надлежащими доказательствами [3]. При этом практика применения ранее действовавших норм не требовала установления данных обстоятельств в таком объеме и подтверждения такими доказательствами [4]. Например, для судов оказалось новым, что пределы статуса "руководитель должника" (как значимое для дела обстоятельство) определяют наличие конкретных процессуальных прав такого лица в самом деле о банкротстве. Так, лицо, в отношении которого в рамках дела о банкротстве подано заявление о привлечении к ответственности, наделено правами и обязанностями участвующего в деле о банкротстве лица только в пределах рассмотрения обособленного спора по заявлению о привлечении его к субсидиарной ответственности [5].

Суды в целом верно толкуют понятие "руководитель должника", например устанавливая обстоятельства момента возникновения возможности рассмотрения дела о привлечении таких лиц к субсидиарной ответственности. В одном из дел при рассмотрении вопроса о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, как того требуют положения п. 7 ст. 61.16 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суд, сославшись на конкретные обстоятельства дела, признал невозможность рассмотрения данного вопроса до завершения всех мероприятий конкурсного производства и приостановил производство по делу.

Необходимо также отметить, что складывающиеся общественные отношения с участием лиц, привлекаемых судами к субсидиарной ответственности, не являются устоявшимися и такие лица не видят причинной связи между своими действиями, юридическим лицом и статусом "руководитель должника", относясь к выводам судов с явным непониманием. Так, из материалов одного дела видно, что бывший руководитель юридического лица усомнился вообще в возможности исследования и оценки его конкретных действий и причинно-следственной связи между этими действиями и несостоятельностью должника в случае предоставления документов бухгалтерской отчетности должника арбитражному управляющему (фактически документы предоставлены не были).

Указанную правоприменительную практику можно признать удачной, но немногочисленной. При увеличении количества разрешаемых дел исследуемой категории судам придется использовать в мотивационной части решений ссылки на конкретные фактические обстоятельства, имеющие пространственные, временные и причинные характеристики. Верховному Суду Российской Федерации следует указать нижестоящим судам не только на возможные варианты поведения, но и на возможные при данных обстоятельствах доказательства.

Проведенное исследование позволяет сформулировать следующие предложения, направленные на унификацию правоприменительной практики по привлечению руководителей должника к субсидиарной ответственности.

Во-первых, критерии существенности (значительности) выгоды руководителя, который ввиду этой выгоды потенциально является контролирующим, должны быть четко определены в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 53.

Во-вторых, Верховному Суду Российской Федерации в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 53 целесообразно дать подробные разъяснения относительно возможных примеров поведения руководителя должника, при которых оправданным и логичным является привлечение должника к субсидиарной ответственности в процессе несостоятельности.

В-третьих, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 53 необходимо отразить возможные доказательства, на которые можно опираться при привлечении руководителей должника к субсидиарной ответственности в рамках процедуры банкротства.

Текст статьи
  1. Белясов С.Н., Щербинина И.В. Руководитель и иные контролирующие должника лица как субъекты субсидиарной ответственности в процессе банкротства: понятие и квалифицирующие признаки // Арбитражный и гражданский процесс. 202 N 1. С. 36-4
  2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 08.12020) // Собрание законодательства РФ. 1994. N 32. Ст. 3301.
  3. Дело N А50-406/2015. Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 4 апреля 2018 года N Ф09-1752/17 // Картотека арбитражных дел.
  4. Дело N А41-47860/201 Определение Верховного Суда РФ от 13 октября 2017 года N 305-ЭС17-9683. Картотека арбитражных дел.
  5. Дело N А33-19123/201 Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 16 февраля 2016 года // Картотека арбитражных дел.
  6. Дело N А70-1440/2015. Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 31 августа 2016 года // Картотека арбитражных дел.
  7. Дело N А40-98026/201 Определение Верховного Суда РФ от 14 февраля 2018 года N 305-ЭС17-22560 // Картотека арбитражных дел.
  8. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018). Утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 14 ноября 2018 года (в ред. от 212.2018) // СПС "КонсультантПлюс".
  9. Определение Конституционного Суда РФ от 26 октября 2017 года N 2448-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мацкевича Павла Борисовича на нарушение его конституционных прав ст. 6, ч. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п. 4 ст. 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" // Сайт Конституционного Суда РФ.
Список литературы
Ведется прием статей
Прием материалов
c 04 декабря по 10 декабря
Осталось 2 дня до окончания
Публикация электронной версии статьи происходит сразу после оплаты
Справка о публикации
сразу после оплаты
Размещение электронной версии журнала
14 декабря
Загрузка в eLibrary
14 декабря
Рассылка печатных экземпляров
22 декабря