Главная
АИ
АИ #104
Статьи журнала АИ #104
Концепт «грусть-тоска» в идиоматике

Концепт «грусть-тоска» в идиоматике

Авторы:

Халухаева Луиза Увайсовна

Рубрика

Филология, иностранные языки, журналистика

Ключевые слова

концепт
концептуализация
эмоциональная сфера
категоризация действительности
идиоматическая единица
ментальные ценности

Аннотация статьи

В статье рассматриваются вопросы отражения в языке и речи основных концептов национальной культуры, исследуется специфика представления эмоциональной сферы личности в разносистемных языках, определяются общие и частные способы и средства категоризации объектов действительности на материале идиоматики русского и ингушского языков

Текст статьи

Научный руководитель – доцент кафедры русского языка Ингушского государственного университета, к.ф.н. Нальгиева Хадишат Исраиловна

Этнокультурный потенциал идиоматического корпуса языка вызывает непреходящий интерес к его изучению. «Фразеологические единицы (а также все устойчивые и воспроизводимые единицы – выделено нами Х.Н.), отражая в своей семантике длительный процесс развития культуры народа, фиксируют и передают от поколения к поколению культурные установки и стереотипы, эталоны и архетипы. … Это душа всякого национального языка, в которой неповторимым образом выражаются дух и своеобразие нации» [2, с. 82].

Современное языкознание отмечено интенсивным развитием концептологии, базовым термином которой является концепт. Он соединил воедино язык, мышление и культуру, открыл новые аспекты языковых единиц, исследовал закономерности появления смысловых приращений в текстах.

В данной статье нами предпринята попытка анализа смыслового поля концепта грусть, тоска в русском и ингушском языках.

Грусть, тоска, будучи категориями этики, заключают в себе мировоззренческий характер и представляют жизненную ценность для каждого человека.

Исследование идиоматических единиц, репрезентирующих эти понятия, на наш взгляд, представляется перспективным при изучении оценочной концептуализации в сопоставительном плане. Интерес современного языкознания к проблеме отражения в языке и речи основных концептов национальной концептосферы диктует актуальность исследования.

Новизна объясняется малой исследованностью концепта грусть, тоска в русской лингвокультуре и первой попыткой рассмотреть его в сопоставлении с ингушской.

В данном исследовании мы принимаем следующее рабочее определение концепта. Концепт – это семантическое образование, отмеченное лингвoкультурной спецификой и тем или иным образом характеризующее носителей определенной этнoкультуры [3, с. 47]. Понятия грусть, тоска окрашены культурной спецификой, и поэтому является важным концептом идиоматической картины мира.

По мнению исследователей, эмоции представляют собой психические реакции, оценивающие характер воздействия на человека внешних факторов. Эмоции регулируют поведение и деятельность человека, определяют его отношение к действительности и актуальные потребности. Они отражают опыт реагирования на различные ситуации. Именно естественному языку свойственно сохранение эмоций, их обобщение и межпоколенная передача. Это определило возможность изучения эмоций в лингвистике, но исследование эмоций сопряжено с определенными трудностями, связанными со сложной и противоречивой природой эмоций.

Идиоматические единицы, обладая в высокой степени экспрессивной и культурной маркированностью, функционируют не для номинации новых реалий, а «для конкретизации и образно-эмоциональной оценки предметов, явлений, действий, качеств, уже названных в языке… Эти обороты, следовательно, отвечают экспрессивной функции языка» [8, с.13].

Эмоциональность, определяемая чувствами человека, и оценочность неразрывно связаны. Положительное отношение к чему-либо может быть передано через положительную эмоцию: одобрительное, ласкательное, уменьшительно-ласкательное и др. Отрицательное отношение передается негативной эмоцией: неодобрительное, пренебрежительное, презрительное.

Экспрессивность (выразительность) фразеологической единицы также связана с эмоциональностью, так как качественная характеристика явления объединяется с его чувственной оценкой.

Учеными наблюдается несколько десятков эмоций, характеризующихся своим набором мотивации, внимания, восприятия, убеждений и поведения. Выделяются положительные, отрицательные и нейтральные эмоции. Положительные эмоции проявляются в виде удовольствия, а в виде неудовольствия – отрицательные.

Подробнее рассмотрим отрицательные эмоции: страх и тревога, грусть, печаль, тоска – кхерам, г1айг1асагото, бала, которые сигнализируют человеку о необходимости что-либо изменить или прекратить, что подавлять и чего избегать.

Отрицательное отношение передается негативной эмоцией: неодобрительное, пренебрежительное, презрительное, например: вешать / повесить голову (головушку), (быть) не в духе, ч1угал чу яха (букв.: гребешок опустив), са готтаденна (букв.: душа сузилась) - огорчаться, грустить, тосковать. Вешать / повесить нос, бухь чу элла (букв.: начало опустив), бос баха (букв.: цвет убежав) – унывать, грустить, тосковать. Брать [хватать] / взять за душу [за сердце], са лаьцад (букв.: душу поймать), - грустить, тосковать. Сам не свой (сама не своя), са тем боацаш (букв.: душа мир не имея) – огорчаться, тосковать. Скребет на душе [на сердце], бала кхача (букв.: горе придя) – огорчаться, сопереживать, грустить, тосковать. Кошки скребут (скребли) [скребутся, скреблись] / заскребли [заскреблись] на [в] душе [на [в] сердце], базар ехачун бухь оллабеннаб (букв.: торговля расстроилась - нос повесился), – огорчаться, грустить, тосковать. Дог матарадахад (букв.: сердце завяло)  огорчаться, грустить, тосковать. Ка йийхкаеннай (букв.: руки завязались) – унывать, тосковать. Керта вехав – грустить, тосковать. Асар вахав (сам не свой) – огорчаться, тосковать.

Экспрессивность (выразительность) идиоматической единицы также связана с эмоциональностью, так как качественная характеристика явления объединяется с его чувственной оценкой.

Идиоматические единицы занимают определенную часть семантического поля "Эмоции в языке", в котором выделяются семантические группы.

Группа эмоционального состояния объединяет подгруппы со значением динамического состояния (изменения состояния) падать/упасть духом, от сердца отлегло, дог к1алт1ара даьлар (букв.: сердце перевернулось), дог во хила (букв.: сердце плохо становиться).

Статичного эмоционального состояния – чувствовать (быть) не в своей тарелке, не чуять ног под собой; каузативным компонентом значения (эта подгруппа характеризуется субъектно-объектными отношениями) - доводить до белого каления, играть на нервах, действовать на нервы; бала кхача (букв.: себе на горе), бала ба (букв.: горе приносить), дог ца 1абаш (букв.: сердце недовольно).

Со значением эмоционального переживания - кусать локти, раздирать ризы [своя]сих ка етташ (букв.: душу раздирая), са бага денад (букв.: душа в рот пошла).

В некоторых подгруппах содержатся фразеологизмы с "волевым" компонентом значения - держать себя в руках, брать/взять себя в руки.

Группа эмоционального отношения представлена фразеологизмами типа держать [иметь] сердце, ни во что не ставить, ни в грош не ставить, ноль внимания, до лампочки, бала бац цунца (букв.: горе нет мне, т.е. не до него).

И, наконец, в устойчивых выражениях кульминацией грусти, тоски, печали есть боль – чувство, универсальный указатель на страдание, ведущее к гибели. Высасывать кровь, ц1ий мела (букв.: кровь пить); сатоха са кхоачадаллалца (букв.: терпеть, пока душа не кончится); бала 1овша (букв.: горе жевать) – мучить, причинять душевные страдания.

До глубины души, дег юккъе (букв.: в самом сердце)  очень сильно волновать, быть взволнованным. Хватать за душу, дог ма 1абба, дега т1а ша улл  глубоко волновать, тревожить, вызывая щемящую тоску, боль, радость. Перевернуть всю душу, дог к1алт1ара дала  очень сильно взволновать, потрясти. Врезаться в душу, дег т1а вожа  крепко запомниться, запечатлеться. Бередить / Разбередить душу, дег юккъе топ тоха, валлалца г1од такха волновать, тревожить кого-либо; вызывать тяжёлые воспоминания. Г1ацг1ано г1айг1а яхь  не волноваться, не тревожиться, быть терпеливым.

Таким образом, при помощи языковых средств человек стремится передать свою душевную тоску, душевную боль, которая угрожает его благополучию (а может быть и жизни) и заставляет страдать.

Список литературы

  1. Куркиев А.С. Ингушско-русский словарь. – Магас: Издательство «Сердало», 2004. – 544 с.
  2. Маслова В. А. Лингвокультурология. – М.: Издательский центр «Академия», 2001. – 208 с.
  3. Маслова В.А. Введение в когнитивную лингвистику : учебное пособие. - М., 2004. - 296 с.
  4. Мудрые наставления наших предков. Из ингушского фольклора / Сост. И.А.Дахкильгов. - Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2000. - 360 с.
  5. Нальгиева Х.И. К вопросу о специфике оценочной концептуализации человека в идиоматике (на материале ингушского и русского языков)// Известия Кабардино-Балкарского научного центра РАН. - №6 (68). Т.1. – Нальчик: Изд-во КБНЦ РАН, 2015. – С. 192-197.
  6. Новейший большой толковый словарь русского языка / Гл. ред. С.А.Кузнецов. – СПб.: «Норинт», - М.: «РИПОЛ классик», 2008. -1536 с.
  7. Оздоева Ф.Г. Ингушско-русский фразеологический словарь. - Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2003. - 132 с.
  8. Федоров А. В. Основы общей теории перевода (лингвистические проблемы): Для институтов и факультетов иностр. языков. Учеб. пособие. – 5-е изд. – СПб.: Филологический факультет СПбГУ; М.: ООО «Издательский Дом «ФИЛОЛОГИЯ ТРИ», 2002. - 416 с.

Поделиться

301

Халухаева Л. У. Концепт «грусть-тоска» в идиоматике // Актуальные исследования. 2022. №25 (104). С. 49-51. URL: https://apni.ru/article/4316-kontsept-grust-toska-v-idiomatike

Другие статьи из раздела «Филология, иностранные языки, журналистика»

Все статьи выпуска
Актуальные исследования

#200

Прием материалов

27 апреля - 3 мая

осталось 17 дней

Размещение PDF-версии журнала

8 мая

Размещение электронной версии статьи

сразу после оплаты

Рассылка печатных экземпляров

17 мая