Предметом данной статьи является личный опыт голосования в городе федерального значения – в городе Москве относительно очередного видоизменения и опять же с очередным официальным опубликованием Конституции РФ от 12 декабря 1993 г., впервые официально опубликованной 25 декабря 1993 г. [1].
3 июля 2020 г. фактически состоялось четвертое по счету официальное опубликование [2] нормативного правового акта с наивысшей юридической силой на территории Российской Федерации (мы предлагаем с 25 декабря 1991 г. для названия государства использовать исключительно этот термин) [17]. Подобный юридический факт нормативно был урегулирован в подзаконном нормативном правовом акте: Указе Президента РФ «Об официальном опубликовании Конституции Российской Федерации с внесенными в нее поправками» № 445 от 3 июля 2020 г. [7]. И уже на следующий день (4 июля 2020 г.) Конституции РФ от 12 декабря 1993 г. («с поправками, одобренными 1 июля 2020 г.») вступила в юридическую силу. Подобную ситуацию иначе как нонсенсом в юриспруденции и не назовешь, ибо с момента принятия Уложения 7157 (1649) г. [26] в России не было прецедентов, чтобы один и тот же нормативный правовой акт (с целью сохранения преемственности мы предлагаем и в РФ для обозначения всех нормативных правовых актов использовать единый термин «узаконение» [18, 19] неоднократно официально публиковался [20].
Само же «голосование» также было урегулировано в подзаконных нормативных правовых актах: первоначально в Указе Президента РФ «О назначении общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации» № 188 от 17 марта 2020 г. [8] и в последующем в Указе Президента РФ «Об определении даты проведения общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации» № 354 от 1 июня 2020 г. [9].
Теперь непосредственно об опыте правоприменения автора данной статьи.
Первоначально необходимо указать на интенсивные предложения (в виде SMS-ок на номер мобильного телефона) о досрочном дистанционном электронном голосовании. Оказывается в Российской Федерации уже принят Федеральный закон РФ «О проведении эксперимента по организации и осуществлению дистанционного электронного голосования в городе федерального значения Москве» от 13 мая 2020 г. [4], в ст. 9 которого урегулирован порядок введения в действие («Настоящий Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования»). Федеральный закон РФ от 13 мая 2020 г. введен в действие с 23 мая 2020 г. [4]. В Федеральном законе РФ от 13 мая 2020 г. в ст. 1 определено содержание «эксперимента» в одном субъекте Российской Федерации: городе федерального значения – городе Москве [21] («1. Провести в городе федерального значения Москве … эксперимент по организации и осуществлению дистанционного электронного голосования на выборах в органы государственной власти, органы местного самоуправления, проводимых в соответствии с федеральными законами, избирательным кодексом города Москвы в 2020 - 2021 годах ... 2. Законодательство, регламентирующее порядок проведения эксперимента, основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из Федерального закона от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» …, других федеральных законов, настоящего Федерального закона и принимаемого в соответствии с ним закона города Москвы о проведении эксперимента. Избирательный кодекс города Москвы применяется при проведении эксперимента в части, не противоречащей законодательству, регламентирующему порядок проведения эксперимента. 3. Финансовое обеспечение расходных обязательств, возникающих в связи с проведением эксперимента, осуществляется в порядке финансирования соответствующих выборов»). А в ст. 2 этого же нормативного правового акта дано разъяснение «основных терминов и понятий»: «дистанционное электронное голосование - голосование без использования бюллетеня, изготовленного на бумажном носителе, с использованием специального программного обеспечения регионального портала государственных и муниципальных услуг города Москвы»; «участковая избирательная комиссия по дистанционному электронному голосованию – коллегиальный орган, обеспечивающий организацию, осуществление и установление итогов дистанционного электронного голосования»; «протокол об итогах дистанционного электронного голосования - документ участковой избирательной комиссии по дистанционному электронному голосованию, отражающий ее решение об итогах дистанционного электронного голосования».
Итак, 1 июля 2020 г. автор данной статьи прибыл в участковую избирательную комиссию № 2622 (председатель Ж.А. Михайлова), располагавшуюся в помещении ГБПОУ «КФКС «Спарта» (г. Москва, ул. Маршала Тимошенко д. 36, корп. 2).
Участие в голосовании также было предопределено проверкой сохранности регистрации по месту юридического проживания в г. Москве (регистрация по месту проживания в г. Москве ныне урегулирована постановлением Правительства РФ от № 713 от 17.07.1995 г., которым утверждены: Правила регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации; а также Перечень лиц, ответственных за прием и передачу в органы регистрационного учета документов для регистрации и снятия с регистрационного учета граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации) [10].
Автору данной статьи был выдан «бюллетень», с обязанностью удостоверения факта его выдачи в журнале. Однако произвести фотоснимок соответствующей страницы журнала не позволили. Это, вероятно, было предопределено уже имевшимися отметками о выдаче «бюллетеней» и двум другим лицам, проживающим по тому же адресу с автором данной статьи (как правило, они ранее не принимали участия в подобных мероприятиях). Возникший эксцесс попытался урегулировать член УИК № 2622, который интерпретировал права и обязанности автора данной статьи исключительно посредством апеллирования к положениям Избирательного кодекса г. Москвы, принятого 6 июля 2005 г. [16]. Действия члена УИК № 2652 более соответствовали Федеральному закону РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» от 5 июля 1995 г. [5], нежели Федеральному закону РФ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» от 22 мая 2002 г. [6] и даже Избирательному кодексу г. Москвы от 6 июля 2005 г. Избирательный кодекс г. Москвы по юридической силе приравнивается к закону г. Москвы (Закон г. Москвы «О правовых актах города Москвы» от 8 июля 2009 г.) [13]. Однако подобный нормативный правовой акт управомоченный государственный орган г. Москвы принимать не вправе (Устав города Москвы от 28 июня 1995 г.) [11], ибо всякий кодекс по юридической силе приравнивается к федеральному закону РФ. Таковые вправе принимать исключительно Государственная Дума ФС РФ (ч. 1 ст. 105 Конституции РФ от 12 декабря 1993 г.). В г. Москве, как и в иных субъектах Российской Федерации, действует Федеральный закон РФ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» от 22 мая 2002 г. [6] «Демократические, свободные и периодические выборы в органы государственной власти, органы местного самоуправления, а также референдум являются высшим непосредственным выражением принадлежащей народу власти. Государством гарантируются свободное волеизъявление граждан Российской Федерации на выборах и референдуме, защита демократических принципов и норм избирательного права и права на участие в референдуме» - преамбула). В г. Москве в лучшем случае может быть принят Закон г. Москвы «Об особенностях обеспечения избирательных прав в городе Москве». Иначе говоря, Избирательный кодекс г. Москвы, как и иные аналогичные нормативные правовые акты этого же субъекта Российской Федерации (например, Кодекс города Москвы об административных правонарушениях от 21 ноября 2007 г. [27], Градостроительный кодекс города Москвы от 25 июня 2008 г. [28]) не имеют юридической силы. На данное обстоятельство не только вправе, но и обязан обратить внимание и Уставный суд г. Москвы, организация и деятельность которого урегулированы в Законе г. Москвы «Об Уставном суде города Москвы» от 13 февраля 2002 г. [12]. Опыт отмены законов г. Москвы имеется: Закон г. Москвы «Об отмене нормативных правовых актов города» от 12 марта 1997 г. [14]; Закон г. Москвы «Об отмене нормативных правовых актов города» от 29 апреля 1998 г. [15]. Кроме того, необходимо иметь ввиду и Федеральный конституционный закон РФ «О Конституционном Суде Российской Федерации» от 12 июля 1994 г. [3] («Конституционный Суд Российской Федерации - судебный орган конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющий судебную власть посредством конституционного судопроизводства» - ст. 1).
В «бюллетене» имелась неоднозначно толкуемая запись: «Вы одобряете изменения в Конституцию Российской Федерации?» (п. 2 Указа Президента РФ № 188 от 17 марта 2020 г.). Нам представляется правомерной иная запись: «Допустимы ли неоднократные изменения Конституции Российской Федерации от 12 декабря 1993 г., а также ее неоднократные опубликования в официальных источниках?».
Таким образом, голосование по поправкам в Конституции РФ от 12 декабря 1993 г. фактически осуществлялось в Российской Федерации (во всех ее 85 субъектах) в условиях неотмененной пандемии короновирусной инфекции (COVID-19) [22, 25], не говоря уже об «эксперименте» в городе федерального значения – городе Москве, что подтверждает безусловный приоритет политики по отношению к праву в названном субъекте международного права.
Изложенное позволяет нам высказать несколько суждений.
Во-первых, в городе федерального значения – городе Москве фактически отсутствует законодательство об особенностях обеспечения избирательных прав жителей.
Во-вторых, принятие Федерального закона РФ «О проведении эксперимента по организации и осуществлению дистанционного электронного голосования в городе федерального значения Москве» от 13 мая 2020 г. при фактической пандемии короновирусной инфекции (COVID-19) является необоснованным, в связи с нарушением избирательных прав жителей города Москвы.
.png&w=640&q=75)
