Введение
Стремительное развитие технологий распределенных реестров и популяризация криптовалют породили значительный массив новых общественных отношений. В Российской Федерации правовое регулирование данной сферы находится в стадии формирования, ключевым этапом которого стало принятие Федерального закона от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон о ЦФА). Признав цифровую валюту имуществом для целей ряда отраслей права, законодатель, однако, оставил множество пробелов в механизмах гражданско-правовой защиты прав ее обладателей. Особую остроту эта проблема приобретает в контексте сделок P2P-обмена (peer-to-peer), где высок риск мошеннических действий и неисполнения обязательств одной из сторон.
Проблема квалификации и выбора способа защиты
Основополагающим вопросом для выбора надлежащего способа защиты является правовая природа цифровой валюты. Согласно ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), цифровые права (и цифровая валюта как иное имущество, согласно судебной практике и доктринальному толкованию) относятся к объектам гражданских прав. Однако их бестелесная, виртуальная природа делает невозможным прямое применение многих классических институтов.
В случае неправомерного завладения криптовалютой при P2P-обмене (например, покупатель перевел фиатные средства, а продавец не осуществил транзакцию криптовалюты, или наоборот), перед потерпевшим встает вопрос о выборе иска.
Вещно-правовые способы защиты: проблема виндикации
Виндикационный иск (ст. 301 ГК РФ) – классический инструмент истребования имущества из чужого незаконного владения. Однако его применение к цифровой валюте сталкивается с непреодолимыми, на данный момент, препятствиями.
Во-первых, объектом виндикации может быть только индивидуально-определенная вещь. Цифровая валюта, по своей сути, представляет собой криптографически защищенную запись в распределенном реестре (блокчейне). Несмотря на то, что каждая транзакция уникальна и отслеживаема, сами "монеты" (например, биткоины) являются родовыми вещами. Они не обладают индивидуальными признаками, позволяющими выделить их из массы аналогичных единиц.
Во-вторых, виндикация предполагает наличие у истца права собственности и утрату им фактического владения. В контексте блокчейна "владение" означает знание приватного ключа. Если лицо перевело криптовалюту на другой адрес, оно утратило над ней контроль, и восстановление этого контроля (возврат) технически невозможно без воли лица, владеющего ключом от целевого адреса, либо без вмешательства "майнеров" или валидаторов сети (что на практике нереализуемо для рядовых транзакций).
Таким образом, виндикационный иск не может рассматриваться как эффективный и применимый способ защиты прав на цифровую валюту.
Обязательственно-правовые способы защиты: неосновательное обогащение
Наиболее перспективным направлением судебной защиты владельцев цифровых валют, пострадавших при P2P-обмене, представляется кондикционный иск (гл. 60 ГК РФ) – иск о возврате неосновательного обогащения.
Согласно ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество.
В ситуациях, когда одна сторона исполнила свое обязательство по договору обмена (например, перечислила рубли на банковскую карту), а другая уклонилась от встречного предоставления (не перевела криптовалюту), на стороне последней возникает неосновательное обогащение в виде фиатных средств. В данном случае потерпевший вправе требовать возврата переведенной суммы. Судебная практика уже знает примеры удовлетворения подобных исков, где перевод средств на банковскую карту ответчика рассматривается судами как факт неосновательного обогащения, если ответчик не может доказать наличие правовых оснований для его получения (например, наличие заключенного договора и факта его исполнения со своей стороны).
Сложнее обстоит дело, если неосновательное обогащение возникло в виде самой криптовалюты (например, криптовалюта переведена ошибочно или сделка признана недействительной). Возврат неосновательного обогащения в натуре (ст. 1104 ГК РФ) в виде цифровой валюты сталкивается с описанными выше техническими проблемами принудительного исполнения. В таких случаях более реалистичным представляется требование о возмещении стоимости неосновательного обогащения (ст. 1105 ГК РФ). Однако здесь возникает проблема оценки стоимости цифровой валюты, которая характеризуется высокой волатильностью. На практике судам потребуется обращаться к котировкам крупных криптовалютных бирж на момент возникновения неосновательного обогащения или на момент вынесения решения, что требует выработки единых методических подходов.
Заключение
Защита гражданских прав владельцев цифровых валют в России сталкивается с объективными трудностями, обусловленными спецификой объекта. Применение классических вещно-правовых способов защиты, таких как виндикация, представляется невозможным в силу "бестелесности" и родовой природы криптовалют, а также технических особенностей технологии блокчейн.
Наиболее эффективным и реализуемым на практике механизмом защиты, особенно в контексте споров из P2P-обмена, выступает иск из неосновательного обогащения. Однако и его применение требует от судебной системы выработки новых подходов, в частности, в вопросах доказывания факта передачи криптовалюты и оценки ее стоимости. Дальнейшее развитие правового регулирования должно быть направлено на адаптацию существующих институтов гражданского права к цифровой реальности, возможно, путем введения специальных способов защиты для цифровых активов.
