Концепция хронотопа и ритмико-интонемный анализ в современной лингвистической теории: перспективы междисциплинарных исследований

В настоящей статье рассматривается возможность применения метода ритмико-интонемного анализа для исследования пространственно-временных категорий текста (хронотопа). Особое внимание автор уделяет конкретизации подходов к интерпретации концепции «хронотопа» в контексте истории и на современном этапе развития лингвистических исследований в данной области.

Аннотация статьи
междисциплинарный подход
ритм
ритмико-интонемный анализ
пространственно-временные категории
социально-культурное развитие
хронотоп
Ключевые слова

Что такое поэт? – Человек, который пишет стихи? –

Нет, конечно. Поэт, это – носитель ритма.

Топоров В.Н.

 

На современном этапе формирования научной парадигмы в области лингвистики и языкознания все более востребованными становятся методы, которые обращаются к комплексным исследованиям, объединяющим различные междисциплинарные подходы. Так, алгоритмические методы анализа теории общей информации, нейросемиотические и психолингвистические подходы к изучению структуры мозга, попытки приобщить общие принципы дополнительности квантовой механики к процессу декодирования языка и сознания и другие новейшие направления исследований в рамках современной лингвистической теории позволяют говорить о том, что научное сообщество сегодня стремится преодолеть порог разобщенности и открыто для концептуально новых стратегий решения задач.

Вопросы пространства и времени с моменты формирования классической греческой философии и до настоящего момента были и остаются одними из ключевых вопросов для широкого ряда дисциплин. Попытки исследования пространственно-временного континуума предпринимались с позиций общей философии (Ж. Гебсер), общей теории систем (М. Лейдесдорф), общей семантики (А. Коржибски, Г. Бейтсон), психологии (И.В. Грошев, В.М. Розин), когнитивной лингвистики (М.М. Бахтин), теории межкультурного общения (Р. Сколлон) и др.

Взаимосвязь пространства и времени непосредственно с языком и речью также не осталась без внимания эпистемной науки. Понимание коммуникации не только как процесса передачи сигналов, но и как процесса вызывания при помощи имени объектов хаотического пространства берут свое начало еще в ранних работах Аристотеля и получают второе дыхание в исследованиях ХХ века [7, с. 10]. Попытки упорядочить пространство и время из хаоса, увязать текст в пространственно-временные категории предпринимались в лингвистике не единожды, но главным для российской науки ученым, который вывел данную проблематику на новый уровень исследовательской парадигмы стал М.М. Бахтин.

Прежде чем мы более подробно рассмотрим концепцию «хронотопа» М.М. Бахтино, необходимо подчеркнуть тот факт, что междисциплинарность в науке как современная тенденция, безусловно, не является инновационной стратегией научных исследований, так, ключевые идеи соотнесенности пространства и времени с художественным текстом у М.М. Бахтина были вдохновлены достижениями естественных наук. Как пишет Вяч. В. Иванов, «Бахтин был одним из тех представителей современной философской мысли, который свои выводы в области гуманитарных наук строил на основе аналогий с науками естественными, терминологию которых он использовал (…) Широкое использование понятия «доминанты» у Ухтомского оказало влияние и на словоупотребление Бахтина. Ухтомский ввел в биологию заимствованный им из арсенала теоретической физики термин «хронотоп». Под влиянием Ухтомского он начинает размышлять о приложимости этого понятия в науке о литературе» [2].

Таким образом, пройдя сложный путь от теоретической физики (теории относительности Эйнштейна) через естественные науки в лингвистику, термин «хронотоп» прочно обосновался в новой для себя среде и, вместе с тем, получил новые качественные характеристики. Так, М.М. Бахтин рассматривал хронотоп, в первую очередь, как феномен жанровой ориентации художественного текста, в большей степени апеллируя к стилю произведения, где пространство и время определяют формальные границы развития повествования. В отличие от Канта, который описывал время и пространство как трансцендентные формы познания, М.М. Бахтин понимал хронотоп как «формы самой реальной действительности» [1, с. 236].

Вслед за концепцией, предложенной М.М. Бахтиным, хронотоп текста как объект литературоведческих и лингвистических исследований получил отклик и у других ученых в данной области. Проблемами функционирования пространства-времени в тексте занимались такие ученые, как – В.В. Виноградов, М.С. Каган, Л.В. Казанцева, Л.В. Кушнина, Д.С. Лихачев, Ю.М. Лотман, М.Б. Мейлах, Е.В. Падучева, Н.Ф. Ржевская, В.Н. Топоров, З.Я. Тураева и др.).

Сегодня попытки переосмысления хронотопа получили множество преломлений в контексте современных исследований, методы анализа в рамках которых представляют собой широкую линейку новых вариаций. Так, например, среди новаторских попыток переосмыслить феномен можно упомянуть концепцию Л.В. Кушниной, в которой исследователь интерпретирует хронотоп с позиции теории гармонизации перевода как переводческое пространство и переводческое время, «содержащие различные дифференциальные смыслы, являющиеся отражением гетерогенных полей переводческого пространства, которые претерпевают разные способы транспонирования» [6, с. 46].

При этом, представляется возможным из всех многочисленных подходов выделить ключевой критерий, в соответствии с которым выделить два основных направления исследований в данной области. В качестве точки отсчета мы принимаем тот факт, что главным допущением М.М. Бахтина предстает идея о том, что «тексты формируются не только диегетической последовательностью событий и речевых актов, раскрывающихся последовательностью выражаемых грамматических форм, но также – и возможно, в первую очередь – конструированием особого виртуального мира хронотопа, который разворачивается субъективно и нелинейно» [5, с. 38]. Первая группа исследователей, вслед за М.М. Бахтиным, рассматривает хронотоп как форму сюжетно-мотивированного текста, которую В.Н. Топоров сравнивал с мифопоэтическим пространством (дедуктивный метод), в то время как другие стремятся отойти от проблемы сюжетности и онтологичности свойств категорий пространства и времени и тем самым рассматривать хронотоп, в первую очередь, как продукт языковых характеристик текста (индуктивный метод).

Так, одним из методов исследования, который существенно отличается от сюжетной феноменологии пространства-времени М.М. Бахтина является попытка переосмыслить хронотоп в его соотношении с лексико-грамматическими средствами репрезентации пространственно-временных отношений, другими словами, переключить вектор анализа на тот уровень текста, который находит свое вещественное отражение через семантические категории пространства и времени.

Сквозь призму данного подхода пространство и время текста раскрываются, в первую очередь, за счет функционирования глагольных форм, служащих для конструирования статических и динамических отношений внутри текста и выстраивания темпоральной модальности в высказывании, и лексических средств для обозначения относительной пространственной протяженности – наречий, относительных местоимений, существительных, которые могут служить единицами пространственного измерения – город, страна, полицейский участок. «Единство пространства и времени может проявляться в наличии таких сложных категорий как категория предикативности, а также в целом ряде синкретических лексических и грамматических единиц, одновременно способных означать и временные и пространственные характеристики» [4, с. 1219-1220].

Перечисленные вариации интерпретации представляют собой разные подходы к определению особенностей хронотопа текста, целью которых является дать наиболее полный ответ на вопрос о свойствах и формировании пространства-времени текста и его зависимость, как от субъективных, так и от объективных факторов.

Учитывая актуальность феномена, сложность его структуры и дискуссионный подход к выявлению определяющих его характер субъектно-объектных связей, мы предполагаем возможным использовать еще один метод анализа текста, который предполагает некую новую плоскость калибровки его пространственно-временных координат – ритмико-интонемный анализ текста. Учитывая тот факт, что оба выше представленных подхода к определению сущности хронотопа сходятся в том, что он представляет форму, заполненность которой варьируется в зависимости от уровня текста, то его исследование может быть дополнено изучением еще одного параметра – организации ритмической структуры текста.

Ритмика в своей соотнесенности с эмоционально-коммуникативной составляющей текста, к которой апеллируют сторонники первого подхода к исследованию хронотопа, и его лексико-грамматической реализацией, которая становится ключевым объектом изучения современных походов в данной области, не только влияет на восприятие произведения, но и, «взаимодействуя с лексикой, фоникой и грамматикой создает особую глубину текста, не выразимую в языковедческой терминологии» [3, с. 365].

Понятие ритма, в частности, ритма прозаического текста, не получило первый импульс к развитию в лингвистических исследованиях ХХ века, а сегодня оно становится все более востребованным за счет развития компьютерной лингвистики и создания искусственных языковых экосистем. Возвращаясь в М.М. Бахтину, необходимо отметить, что он использовал также термин «ритм» в своих философских трудах о природе времени, отмечая, что «ритм имеет дело с переживанием, но не с предметом, он выражает не предмет, а реакцию на предмет» [1, с. 58]. Таким образом может быть выявлена реакция автора на предмет, имманентизация смысла самому переживанию, которая не выражена, либо недостаточно полно выражена через лексико-грамматические формы. Необходимость алгоритмизации ритмико-интеномного уровня восприятия текста позволит не только уточнить его пространственно-временные категории, но те свойства хронотопа о которых пишет В.Н. Топоров, «когда время сгущается и становится формой пространства (оно «спациализуется» и тем самым как бы выводится вовне, откладывается, экстенсифицируется), его новым («четвертым») измерением. Пространство же, напротив, «заражается» внутренне-интенсивными свойствами времени (темпорализация» пространства), втягивается в его движение, становится неотъемлемо укорененным в разворачивающемся во времени мифе, сюжете (т. е. в тексте)» [1, с. 232].

Как пишет Г.Н. Иванова-Лукьянова, «восприятие ритма связано в восприятием всего произведения в целом» [3, с. 367]. Ритм, в первую очередь, связан с восприятием письменного речевого произведения в целом, а не как единства механически сопряженных элементов (конечно, в данном случае речь идет о текстах в классическом понимании данного термина, хотя существуют направления нейролингвистических исследований, которые нацелены на изучение ритмики квазитекста (текста, создаваемого искусственными компьютерными системами – ботами и речи людей с нарушениями психоневрологического характера).

Обращаясь к методологическим подходам реализации ритмико-интонемного анализа, мы отмечаем, что на настоящий момент существуют многочисленные стратегии выявления фонемных доминант и интонационных моделей, среди которых мы выделяем исследовательскую концепцию, которую предлагает в своих работах Г.Н. Иванова-Лукьянова, рассматривая ритм как фонетическое явление, представляющее собой совокупность чередующихся просодических элементов и последовательно формирующееся в условиях трех иерархически связанных уровней: слоговом, синтагматическом и интонационном. Особенностью понимания данной трехчастной структуры состоит в том, что ее элементы в совокупности своих проявлений становятся тем результирующим фактором, который актуализирует креативный потенциал текста и его эмоциональных компонентов как перлокутивного акта.

Комплексный ритмико-интонемный анализ позволит более полно рассмотреть хронотопа текста как незамкнутую динамически развивающуюся систему. Кроме того, в дальнейших исследованиях использование данной стратегии позволит анализировать не только художественные тексты, которые жанрово маркированы и обладают определенным набором языковых средств, характерных для своего типа, но и более широкий спектр текстов, в том числе в рамках интернет-коммуникации. Высокая скорость реакции, к которой так тяготеет интернет-коммуникация, определенным образом влияет на физическое состояние актора. Психоэмоциональное состояние актора в момент написания текста определяет и характер ритмики создаваемого им текста, что, в свою очередь, не может не влиять на пространственно-временные категории текста, порядок его восприятия и возможности развития новых смыслов и новых хронотопов.

Как утверждал М.М. Бахтин «хронотоп как формально-содержательная категория определяет (в значительной мере) и образ человека в литературе; этот образ всегда существенно хронотопичен» [1, с. 234]. Возможно, взглянув на пространство и время под новым углом, открыв для себя новое поле для исследовательских экспериментов, именно через «ворота хронотопа» нам удастся открыть для себя образ человека в мире новой литературы – в глобальной интернет-коммуникации.

Текст статьи
  1. Бахтин М.М. Формы времени и хронотопа в романе. Очерки по исторической поэтике. // Бахтин М. М. Вопросы литературы и эстетики. М.: Худож. лит., 1975. С. 234-407.
  2. Иванов В.В. Очерки по истории семиотики в СССР. М.: Наука, 1976. 298 с.
  3. Иванова-Лукьянова Г.Н. Ритм прозы в реальности и восприятии // Труды института русского языка им. В.В. Виноградова, 2016. Т. 7. № 7. С. 365-382.
  4. Кандрашкина О.О. Категории пространства, времени и хронотопа в художественном произведении и языковые средства их выражения // Известия Самарского научного центра РАН, 2011. №2 (5). С. 1217-1221.
  5. Кудряшов И.А., Бессонова Т.М. Концепция хронотопа М.М. Бахтина: история, сферы применения и перспективы исследования // Язык и право: актуальные проблемы взаимодействия. Материалы IV Всероссийской научно-практической интернет-конференции. Ростов Н/Д.: Дониздат, 2014. С. 37-48.
  6. Кушнина Л.В. Теория гармонизации: опыт когнитивного анализа переводческого пространства / Л.В. Кушнина. Пермь: Изд-во Перм. гос. техн. ун-та, 2008. 196 с.
  7. Степанов Ю.С. В трехмерном пространстве языка: Семиотические проблемы лингвистики, философии, искусства. М.: Наука, 1985. 335 с.
  8. Топоров В.Н. Петербургский текст русской литературы: Избранные труды. СПб.: Искусство-СПБ. 2003. 616 с.
Список литературы
Ведется прием статей
Прием материалов
c 04 декабря по 10 декабря
Осталось 2 дня до окончания
Публикация электронной версии статьи происходит сразу после оплаты
Справка о публикации
сразу после оплаты
Размещение электронной версии журнала
14 декабря
Загрузка в eLibrary
14 декабря
Рассылка печатных экземпляров
22 декабря